Камелия. Княжна соляных пустошей-1 - Елена Кароль Страница 83

После этого я дошла и до арки портального разлома, закрыв, наконец его каменными кольями обратно, ну а после ужина уделила внимание беседке, доделав все до единого столбики, перила и балясины, выровняла края крыши, добавила текстуры “черепице” и ушла в дом - читать книгу о кристаллах.

Слишком сильно в тему не погружалась, предпочтя пролистать главы о видах, размерах и происхождении, задержавшись лишь на информации о применении их в артефактах, но в итоге не нашла ни единого абзаца о том, как использовать кристаллы для личного усиления.

Обидно!

И непонятно…

Почему я ещё жива?

Нет-нет, я ничуть не против! Просто хочу разобраться. В первые недели мне и впрямь хотелось периодически выдрать себе сердце, но мало того, что я этого не сделала, так ещё и с ума вроде как не сошла, да и в целом чувствую себя прекрасно.

В чем подвох?

Тема была серьезной, тема была остроактуальной. Тема была очень-очень важной для моего персонального развития!

Стоит ли продолжать? Или лучше не рисковать? Могу ли я быть тем самым исключением из правил, которому не страшны такие усиления напрямую? Может ли на это как-то влиять то, что я душа в чужом теле?

Столько вопросов и ни одного ответа!

В итоге промаявшись в сомнениях до поздней ночи, я решила рискнуть в последний раз… И взяла в руки серебристо-молочный кристалл. Будь, что будет! Пан или пропал! Если я действительно уникум, то не умру и сегодня!

Если же нет…

Запомните меня молодой и красивой.

Прекрасно зная, как громко умею орать от боли, и как плохо мне бывает потом, я подготовилась заранее и, быстренько обжарив полкило варанятины и сделав побольше морса, отнесла всё в спальню, рядом положила несколько полотенец, причем как сухих, так и влажных, закрыла окно и дверь, потуже завязала себе рот широким поясом от одного из платьев, искренне надеясь, что меня не будет тошнить, иначе ничем хорошим это не закончится, легла на кровать, выдохнула… И сжала кристалл в кулаке.

Больно стало сразу. Причем на этот раз не телу, а мозгу.

Судя по ощущениям, он просто взорвался, отчего я банально отключилась, но, даже пребывая в беспамятстве, умудрялась всю ночь ловить крайне странные видения, в которых смутно улавливала то взрывающиеся бензиновые пятна, то работу в миллионы раз увеличенных нейронов, передающих друг другу энергоимпульсы, а то и вовсе говорящие головы зомби, которые гонялись за мной по просторам бескрайнего космоса и требовали согласиться на замужество.

В общем, с ума я, кажется, всё-таки сошла…

При этом очнулась только утром, причем не самым ранним - на часах шел десятый час. Голова продолжала раскалываться, словно я словила дичайший приступ мигрени, солнечный свет вызывал отвращение, серьезно подташнивало, хотя желудок был более чем пуст и подвывал от жесточайшего приступа голода, а на телефоне было пятнадцать пропущеных от Мирослава.

Черт!

В очередной раз остро пожалев о том, что до сих пор не завела в доме ни одного растения, которое сейчас можно было бы использовать и подлечиться, я дрожащими руками сдернула с пересохших губ поясок, жадно присосалась к морсу, чувствуя себя столетней развалюхой, надела первое попавшееся платье и сходила до санузла.

Прекрасно слыша, как над головой передвигаются рабочие, но пока немного в другой части дома, я внимательно изучила своё лицо в зеркале, отметив, что кроме полопавшихся сосудов и слегка осунувшегося лица ничто не выдает моего отвратного состояния, и почти бодрой рысью поползла в сторону разлома. По дороге меня, кажется, кто-то окликнул, но я раздраженно отмахнулась, не в силах думать ни о чем другом кроме как о скорейшем выздоровлении.