После развода. Колкие грани счастья - Лана Полякова

Глава 1

Вверху что-то звонко хрустнуло, кабинка лифта дёрнулась, и стремительно, с жутким скрежетом рухнула вниз.

Я завизжала от страха.

Стоявший рядом Андрей Александрович одним движением рванул меня на себя, упал на пол и перевернулся на спину, устраивая моё тело поверх своего. Вжимая меня в себя с силой.

Завоняло горелой проводкой.

Сердце заполошно билось в грудной клетке, и я, сделав вдох, замолчала.

Противный скрежет прекратился, лифт дернулся, я подпрыгнула на груди у мужчины, а он прижал меня еще ближе к себе.

Хотя куда еще?

Пол лифта под нами накренился, я съехала и уткнулась носом в шею генерального директора фирмы, в которую с трудом устроилась всего неделю назад помощником второго секретаря на испытательный срок.

Пах директор чем-то невероятно вкусным и незнакомым. Что-то очень мужское… можжевельник? Кедр? И ветивер? И этот запах расслаблял меня. Звал за собой. Кружил голову.

Я поймала себя на том, что хочу лизнуть такую близкую шею и слишком уж активно обнюхиваю директора. Зашевелилась, отстраняясь, но почувствовав давление директорской ладони, затихла.

Лежать было удобно. Одна большая, горячая мужская ладонь вжимала мои плечи в твердую грудь, а вторая с комфортом расположилась чуть ниже талии. Ещё не совсем там, но очень провокационно.

— Мне кажется, мы уже упали, — проговорила я негромко, с удивлением наблюдая, как реагирует на мои слова кожа на шее директора, покрываясь мурашками.

Ой!

Невольно задышала глубже, спасаясь запахом такой близкой и вожделенной кожи от облака вони проводки и, по своей привычке, застыла, не зная, как реагировать и что делать.

Начиналось сегодняшнее утро с замечательного настроения. Я страшно гордилась собой, что смогла найти работу. Всё-таки, даже несмотря на мой прекрасный диплом филфака МГУ, очередь из желающих видеть меня своим новым сотрудником не выстраивалась у ворот моего дома.

Перерыв в рабочем стаже у меня был критический. Да, что там, я ведь после института практически и не работала вовсе.

Сначала замужество, а после рождение ребёнка. Мне как-то совсем стало не до работы. А потом, через несколько лет Вадим сказал, что он не для того обеспечивает семью, чтобы я ошивалась в офисе среди незнакомых мужиков и работала там на чужого дядю. И я согласилась с ним.

Полгода назад, отметив с помпой пятнадцатилетие нашего брака, Вадим мне объявил, что хочет новую жену. Что я уже не подхожу под его требования. Стала слишком старой и неинтересной для него. Что я надоела ему, и он хочет развода. И я вновь, как всегда, согласилась с ним.

Я всегда соглашалась с ним и никогда не могла ему перечить. Так уж устроена. Мне физически сложно отстаивать своё мнение. Да и, честно признаться, я не могу однозначно сказать, какое оно – моё собственное?

Если я попадала в ситуацию, когда нужно было выразить свою точку зрения, если так случалось, и я оказывалась между несколькими оппонентами, то сначала выбирала из предложенных то мнение, что мне казалось правильным. Не моё. А правильное. И обычно это была позиция Вадима. Моего мужа.

Развод застал меня врасплох. Ударил под дых. Выбил из-под меня весь земной шар.

Я плохо помню первый месяц. Меня корежило и ломало так, что я не уверена в собственном рассудке. Я выла, как раненный зверь по ночам, стараясь, чтобы меня не услышал сын. Максим – единственное, что держало меня в тот момент на краю реальности. Мысль о том, что от хороших жен мужья не уходят, тем более - в никуда, грызёт меня изнутри голодным лисенком до сих пор.