Развод. Мы (не) простим - Джулиан Хитч

Развод. Мы (не) простим

Айнави, Джулиан Хитч

Глава 1

На звонки с незнакомых номеров обычно не отвечала: то спам, то мошенники. Но в последнее время привычку пришлось поменять. Беременность у меня сложная, постоянно приходится быть на связи с врачами. Я даже спать не ложусь, не убедившись, что телефон заряжен на сто процентов. Муж считает это блажью и злится, а я хочу быть уверенной в том, что этот ребёнок родится.

— Инга? — слышится в трубке.

Голос дерзкий и наглый. Странно. Обычно те, кто звонит по делу, обращается по фамилии и вежливо.

— Да, это я.

— Отлично! — Всё ещё хамовато, но уже радостно. — Я звоню, чтоб сказать…. Я сплю с твоим мужем. Теперь я его женщина, а не ты…

— Что? — хмурюсь.

Глупость какая-то. Наверняка мошенница. Сейчас чего только не придумают, чтобы выманить у людей деньги.

— Вы ошиблись, — говорю холодно.

В Ване я уверена как в себе. Мы любим друг друга, и я беременна долгожданным ребёнком. У нас идеальная семья.

Почти успеваю прервать звонок, как слышу:

— Ваня говорил, что ты недалёкая. Теперь я понимаю, что он имел в виду. — До меня доносится смех и пренебрежительное цоканье.

При звуке родного имени сжимается сердце. Неужели… Неужели то, о чём сказала эта наглая особа, может быть правдой? Нет! Нет! Я не желаю в это верить!

Моя тревога мгновенно передаётся дочери. Малышка больно пинается изнутри, заставив охнуть и согнуться над столом. Сжимаю телефон с такой силой, что, кажется, ещё немного и тот лопнет прямо в моих побелевших от напряжения пальцах. Не хочу продолжать разговор, но и прекратить не в силах. Я должна услышать всё.

— Почему я должна тебе верить?

— Потому что у меня есть доказательства! Я сейчас скину.

Несколько секунд растягиваются в мучительные мгновения. В голове звенящая пустота. Я до последнего надеюсь, что всё это — чей-то жестокий розыгрыш. Диана снова пинается, и, положив ладонь на живот, поглаживаю, пытаясь успокоить то ли малышку, то ли себя. Наконец, на фитнес-часы приходит уведомление, и я открываю отправленные мне фотографии.

У меня из лёгких будто весь воздух выбивают. Открываю рот, пытаясь сделать вдох и не могу. Правда. Всё сказанное этой девицей — правда. Фотографии не оставляют сомнений: слишком хорошо на них видно Ваню, голым спящего в чужой постели. Я могу разглядеть каждую родинку, каждую татуировку. Расслабленное лицо, на губах полуулыбка — видимо ему снится что-то очень приятное. На одном из снимков вижу девушку — она отражается в зеркале: высокая, стройная, молодая. Такая, какой я была до беременности.

Скидываю звонок. И удаляю фото — не хочу больше видеть эту мерзость. Это выше моих сил. Смартфон почти сразу начинает вибрировать снова. Тот же номер. Не стану отвечать. Врачи же говорят: никаких стрессов. Иначе можно потерять всё. Малышку. Или даже саму жизнь.

Глядя на телефон, ощущаю острую обиду, будто это он, а не муж, стал предателем. Виновником моих слёз.

Новый мощный пинок Дианы под ребра заставляет опуститься на диван. Стараюсь глубоко дышать, одновременно шепча:

— Тихо, солнышко. С мамой всё хорошо. — Прижимаю ладонь к выпирающей под кожей пяточке. — Папа… Папа всё нам объяснит. Скажет, что это чушь. Он ведь нас любит.

Свернувшись калачиком на диване, утыкаюсь лицом в подушку. И как ни стараюсь сдерживаться, по щекам всё равно текут горячие слезы. Стараюсь не всхлипывать, чтобы не тревожить Диану, пока не проваливаюсь в сон — постоянный спутник моей беременности. И ещё одна причина Ваниного раздражения.