Край биографии - Денис Нижегородцев Страница 29

Среднего роста, коренастый и чумазый бородач – он мог бы сойти за крестьянина, мелкого торговца, ну или бандита. После погони думал отсидеться за углом отдаленного корпуса выставки, но уже там нос к носу столкнулся с новым препятствием – человеком в восточном одеянии: нарядный халат, тюрбан на загорелой голове, а в руках изогнутый кинжал, которым инородец играл с лучами майского солнца. Бородач едва не налетел на лезвие, выругался по матушке и думал уже повернуть назад, навстречу прежним преследователям. Но восточный человек достал из-за спины, где лежала груда фруктов, спелый яффский апельсин и, указав бородачу за спину, принялся чистить фрукт острием клинка. Бородач, едва не поскользнувшись на апельсиновой корке, бросился к груде фруктов.

Через минуту на том же месте стоял всклокоченный городовой и пытался добиться от араба хоть слова по-русски:

— Не видал, куда чумазый побежал? А? Ты глухой?!

Но собеседник лишь буравил его глазами, разрезал клинком очередной апельсин и отправлял мякоть в рот.

— Тьфу на тебя! – разозлился страж порядка и, не дождавшись ответа, побежал дальше.

Еще через пару минут из-под груды фруктов выбрался чумазый бородач. С трудом перевел дух, будто все это время задерживал дыхание. Дождался, пока мавр окончит трапезу, и сунул ему в освободившуюся руку несколько монет. После чего на лице торговца впервые заиграла улыбка.

Деньги были сильной стороной беглеца. Обогнув фруктовые ряды и богатейшую коллекцию ивановского ситца, он зашел в магазин готового платья. А вышел оттуда уже во всем новом, одарив прежней одеждой еще более чумазого забулдыгу, что храпел неподалеку в обнимку с четвертью[23].

Заключительной точкой маршрута стала забегаловка под нехитрой вывеской «У Митрича». Бородач не стал мелочиться, заказал сразу штоф хлебного вина. Сел у мутного окна и принялся потягивать пойло, не удосуживаясь даже закусить.

— Чего горюешь, Бухарик? – произнес Митрич, неприятно скалясь.

В этот момент с улицы донесся крик мальчишки: «Покупай, не скупись! Подробности расправы над важным чином!»

Гость с силой трахнул кулаком по столу, осушил штоф и тут же потребовал новый.

— Бухарик, тебе не хватит? – вновь оскалился трактирщик.

Но бородач лишь неопределенно мотнул головой.

— Чего, говорю, нос повесил? – приставал Митрич. – Али тебе жалко того фараона[24]?

Терпение чумазого лопнуло. Он встал во весь рост и выдавил из себя с угрозой:

— Али я тебе глаз натяну на одно место?

Мужики схватились за грудки.

— Еще хоть слово про него скажешь… – пригрозил посетитель.

— Да ты и сам, не ровен час, из фараонова племени! – предположил в ответ Митрич.

В результате оба получили по фиолетовой отметине под глазом: трактирщик – под левым, бородач – под правым. Только Митрич теперь молча протирал стаканы, а Бухарик продолжил пить, хмуро глядя в мутное окно, за которым едва ли что-то было видно.

3

Схоронили городового на Петропавловском кладбище. Ратманову не исполнилось и пятидесяти, но за годы службы Константин Иванович не раз рисковал жизнью ради спокойствия нижегородцев и ни разу не запятнал чести мундира. На прощании выступали сослуживцы и все высокие чины: губернатор Баранов, начальник военного гарнизона Шелковников, полицмейстер города Яковлев и полицмейстер выставки Таубе, начальник губернского жандармского управления Куртьянов и другие.