Дочь врага - Владимир Колычев Страница 38

— Шустов дурачком прикинулся, — сказал Семен. — Соврал мне про Селезня, а сам Клару под домашний арест посадил. Сегодня выпустил… Мы же теперь не просто так! Мы же теперь с ним напрямую сотрудничать будем!

— С Шустовым нужно поговорить, — задумчиво произнес Серега.

— По-родственному! За пирок пора да за свадебку! — Семен решительно посмотрел на Клару.

— Конечно, мы же люди, — кивнул Серега. — Все по-людски должно быть. Прямо сейчас и поедем свататься!.. Отец где?

— Дома… — замялась Клара.

— Может, где‐то рядом стоит?

Семен окинул взглядом улицу. И действительно, за перекрестком стояла черная «Волга», возможно, Клара на ней и приехала. Если да, то в машине мог находиться ее отец. К «Волге» он и направился, Серега за ним.

Сначала из машины вышли двое: водитель и еще один такого же плотного сложения мужичок в замшевом пиджаке. Ремень в джинсах широких, пряжка крупная, если такой по голове дать, мало не покажется.

За ними неторопливо вышел и Шустов, оправляя пиджак. Солидно мужик смотрится, ничего не скажешь, степенный, вальяжный, уверенный, и не похоже, чтобы он кого‐то боялся. Может, просто опасался. Мало ли что Семену в голову придет, а жить хочется, и хорошо жить. Вот дом новый купил…

Он смотрел на Серегу, а Семена демонстративно не замечал.

— А что ты прячешься, Валерий Ильич? — спросил Серега, раскинув руки. — Как не родной прямо!

— Не прячусь я, дочь жду, домой отвезти.

— А дочь замуж за моего брата выходит! Прямо сейчас в загс едем! У нас все схвачено, раз-два, и штамп в паспорте!

— У вас все схвачено? — скривился Шустов.

— Это наш город!

— Вот и у меня все схвачено. Через Селезнева.

— Нет больше Селезня, отлетался голубь. Я теперь за него.

— Не знаю, может быть…

— Знаешь. Потому что я тебе сказал! — Серега ткнул пальцем в грудь Шустову.

Его телохранители пришли в движение, но Серега их опередил и в прыжке провел свой коронный удар, четко припечатывая замшевый пиджак к земле. А на другого замахнулся Семен, но бить не стал, поскольку бугай вжал голову в плечи, взглядом выбрасывая белый флаг. А что ему оставалось делать на чужой земле? Пацаны уже на стреме, так же медленно, как и Клара, идут к ним от кафе. Если Серега подаст знак, они рванут к месту со всех ног и всех размажут по асфальту.

— Красиво, конечно, — растерянно пробормотал Шустов, глядя, как его незадачливый телохранитель поднимается с земли.

— Вопросы есть?

— Да мне, в общем‐то, все равно, кто у вас тут главный.

— Все равно, кому платить, — ухмыльнулся Серега. — Это я про завод.

— В смысле про кооператив, — понизив голос, сказал Шустов.

— Какая разница?

— Большая разница. С завода вы получать не можете. Государственный завод — государственная «крыша», вы с этим согласны?

Государственную собственность трогать нельзя, и Семен это знал, и Серега. С государственных наваров директора отстегивают своему начальству, а если министерство поставит вопрос, к делу подключится КГБ, и тогда от пехарей камня на камне не останется. Другое дело, кооператив, оттуда тоже уходит бабло ведомственному начальству, но там дела загадочные, с темной бухгалтерией, кооператорам от государства легче заплатить братве за тишь да гладь, чем иметь дело с ОБХСС. И Шустов платит. Потому что кооператив под ним. Все вопросы Селезень решал с ним.