Благородный детектив из Токио - Идзуми Аидзава Страница 50

— Мама, самое время решить, кому достанется кольцо, – улыбаясь, сказал Синтаро.

Камэё нахмурилась, задумчиво сложив руки. Тишина затянулась.

— «Дикая Синева» будет принадлежать… – наконец заговорила она.

— Простите, что вмешиваюсь, – раздался спокойный голос.

Все повернулись к двери. На пороге стоял Риндзо в безупречном фраке. Блеск линз очков подчеркивал его холодную сдержанность.

— Господин Рихито, я принес то, что вы просили, – с этими словами он пересек зал и протянул детективу большой сверток.

— Благодарю, Риндзо, итак… – Рихито взял его и достал толстый фотоальбом.

— Альбом? – непонимающе спросила Итика.

— Да. Его предоставила одна любезная дама. Здесь фотографии из ее недавнего путешествия.

— Путешествия? – переспросила Итика.

— Ага, – Рихито пролистнул страницы. – Гавайи. Отличный отель. По-моему, там цены за ночь достигают десятков тысяч иен. Путешествие явно не из дешевых.

Он усмехнулся, перевернул страницу. И вдруг повернулся к одной из присутствующих лицом.

— А вам как, госпожа Кёко?

— Что?.. Мне?.. – Кёко побледнела.

— Вам-вам. Вот фотография. Вы и господин Синтаро. Рядом ваши дочь и сын. Все вместе, на Гавайях, в роскошном отеле, за ужином.

Один за другим пролетали снимки под пальцами Рихито: Киппэй с куском стейка во рту, Рэми с сумкой из дорогого салона в руках… На снимках сияли улыбки, бриллианты и логотипы брендов. Роскошь, недоступная такому небогатому человеку, как Итика.

— А ведь как странно получается, – произнес Рихито. – Вы ведь жаловались на долги, нехватку денег, проблемы с оплатой учебы. Так откуда же средства на такую поездку?

— Я… Эм… – предпринял попытку оправдаться Синтаро, но тут же запнулся.

Кёко попятилась. Киппэй задрожал, на его лбу выступили капельки пота. И только Рэми хлопала густо накрашенными ресницами.

— Объяснитесь, – прорычала Камэё. Ее взгляд, обращенный на четыре съежившиеся фигуры, вспыхнул огнем. – Месяц назад вы пришли ко мне с просьбой о пожертвовании. Говорили, что собираете средства «на помощь бедным детям мира». Я понимала, что это ложь… но решила закрыть глаза. Если деньги пошли бы на долги или бизнес, я бы простила. Но вы пустили их на какую-то ерунду! На Гавайи!!!

В комнате воцарилась зловещая тишина. Ярость Камэё окутала зал и грозила вырваться за его приделы. Казалось, сам властитель подземного мира и судья мертвых Эмма вселился в пожилую даму.

— Ба-а-абу-у-ушка! Прости! – взвыл Киппэй, падая на колени. Через секунду к нему присоединились остальные.

— Мама, прости!

— О-о, мама, я была так неправа!

— Бабушка, не злись на Рэми!

Четверо взрослых вмиг оказались на полу и уперлись в него лбами.

— Так я и думал, что тут что-то не сходится, – устало вздохнул Рихито. – Поэтому и попросил Риндзо взять у той дамы альбом. Похоже, не зря.

Итика только покачала головой. Лицемерие этой семейки трудно было осознать. «Помощь бедным детям»? Какая дурацкая ложь.

— Итак, госпожа Камэё, – повернулся к ней Рихито. – Теперь, когда правда раскрыта… Кому же вы доверите «Дикую Синеву»?

Его голубые глаза засияли холодным светом. Камэё выпрямилась и торжественно произнесла:

— «Дикая Синева» будет принадлежать…

9

Двадцатикаратный сапфир «Дикая Синева» достался внучке Камэё – Марии.

Когда благородный детектив Рихито раскрыл всю правду до последней мелочи, Камэё посмотрела прямо в глаза своей маленькой внучке и мягко сказала: