Громов. Хозяин теней. 7 - Екатерина Насута Страница 129

— Так как за руку взяла, так и скумекала. Он же ж холодный, прям как мертвяк. Я от Машкины слова и припомнила. Сразу б сообразить. И что приезжий. И про комнату. А главное, ежели приезжий, то почему без чемодана? Да и как сюда добрался? Небось, любой извозчик бы его к своей хатке-то, сговоренной, привёз бы. А ему б за то копеечка от хозяйки перепала. А тут? Дура я.

— Не больше, чем другие, — сказал я, хотя вряд ли это утешило бы.

— Ну и как поняла, то внутрях всё ходуном заходило. Страх такой, от лютый. Человек бы ладно, с людями мне случалось… всякого. Вывернулась бы. А тварюка? Я сперва заорать хотела, а потом думаю, нет, Парашка, не дури. Заорёшь, он тебя прям на месте и порешит. Надобно иначе. Вести, а после уж отвлечь и по башке. Небось, тварюка или нет, а с расшибленною башкой крепко не побегает.

Это она, конечно, зря.

Тварям целостность организма не особо нужна-то. Но ладно. Всё-таки человек посторонний, не специалист, откуда ей такие нюансы-то знать?

— Я и потянула, туда, чтоб поближей к вам… вот… а потом ну… по башке раз. Со всей силы, сколько было. А силы у меня немало. Даже слышно было, как оно там, внутрях, хрустнуло. Небось, человек сразу б и полёг. А этот вот… падла!

Точное описание, к слову.

Падла и редкостная.

— И с лицом у него. Такое сделалося, что жуть. И всё… и я прям-таки… и крику… а он лыбится, паскуда иерихонская! И тянет. Я аж… как вот отселева, — Парашка положила руку на живот. — Душу! И поняла, что конец мой. А потом как засияло! Чегой это было-то?

— Святая инквизиция, — я ответил, потому как иным чудесам надо объяснение давать. — Если вдруг будут спрашивать, то случилось ночью некому святому отцу гулять. Может, молился и не туда свернул, может, просто вот решил поглядеть, как люди живут. Встретил тварь. И сразил в честном бою. Понятно?

— Ага, — выдавила Парашка, которую наличие где-то рядом святой инквизиции впечатлило куда больше, чем тварь.

И не только её.

— Дура! — Рваный отвесил Парашке затрещину. — Чтоб тебя… умудрилась вляпаться. Теперь со святыми отцами ещё разбираться!

— Ничего не будет, — ответил я. — Она скорее помогла.

— Да! — Парашка протянула руку. — Я всё, чего ведала, сказала, как от есть…

— Инквизитор здесь не по вашу душу. Ему тварь нужна.

— От и добре, — кажется, подобный вариант устроил всех. Тварь Рваному жаль не было. — Что ж, молодой господин, ежели вам больше ничего не надо…

Рваный медленно поднялся. И его помощник следом.

— Погодите, — я тоже встал. Сидеть, когда над тобой этакая громадина нависает, неуютно. — Ещё кое-что. Теперь я понимаю, что эта тварь не одна. Три дня тому она не могла тут охотиться, как и четыре. Значит, есть и другая. Если только одна. Может статься, что их и несколько.

Не так и много, потому что иначе трупов было бы больше.

Да и Ворон упоминал, что не всякого к ритуалу допустят, а переживают его и вовсе немногие.

— Понял, — Рваный нахмурился. Новость явно его не обрадовала. Я же задумался, сопоставляя факты. А если…

— Парашка, скажи, а не случалось ли тебе видеть барышню. Скажем, молодая довольно, собой хорошая. Одета чисто, но не богато.

Описывать людей никогда не умел, но тут уж постарался.

— Она? — Парашка поднялась.

— Возможно. Но…

— Клим, — помощник Рваного толкнул того в бок. — Клим!