Громов. Хозяин теней. 7 - Екатерина Насута Страница 177

— Тогда было иначе, — я поморщился. — Излишек энергии шёл от Призрака. Ему пришлось убивать людей. Много. И он был меньше. Моложе. Я был меньше. Кроме того и болен… то есть, там всё было не так. Сейчас-то я здоров. Ну, почти…

И теней у меня две, что тоже даёт пространство для манёвра.

Николя лишь головой покачал.

— Здоровье не делает человека бессмертным. А что до энергии, то ты действительно взял и влил в себя много больше, чем было способно вместить тонкое тело.

— Тени её забирали.

— И ваша связь, я полагаю, сделалась сильнее. Но и у них есть свой объём.

Немалый, как я понимаю.

— А Тимоха? Я ведь на самом деле не так много и выпил. Съел. Чтоб его, не знаю, как правильно. А Тимоха — куда больше. А у него тень маленькая.

— Но собственные резервы организма куда больше ваших. И ядро, и каналы. Ядро на порядок плотнее вашего, а каналы развиты и тренированы. Они и вместили. Вы, грубо говоря, смогли удержать кружку, а остаток отдали теням. Он — бочку. Из которой, как понимаю, что-то досталось и тени. По сути и ты со своими тенями, и он — соединённые сосуды.

Всё-таки умеет Николя объяснять. Очень доходчиво.

— То есть он…

— Сейчас сложно что-то сказать, — Николя снял очки. — Он определенно не собирается умирать, однако и на внешние раздражители не реагирует. Его энергетический статус нестабилен, я не рискую вмешиваться, но по косвенным признакам очевидно, что идёт внутренняя перестройка или восстановление, или изменение его тонкого тела. И то же касается активности мозга. Она есть, но… едва ощутимая.

— Ему может стать лучше? — спросил я прямо. И Николя не стал уходить от ответа.

— Да. Но ему может стать и хуже. Капли силы хватило, чтобы ваш мозг перестал адекватно воспринимать вкусы.

А Тимоха сожрал не каплю. Тимоха там от души хлебанул. Какой я идиот. Надо было вырубать, тащить… а я… и вправду, как подросток, которому любопытно сделалось, вот и поставил эксперимент в режиме реального времени. И добре бы только на себе.

Но вот Мишке плохо не стало?

Тень выросла. И продолжает расти, пусть и не так стремительно.

— И что вы посоветуете?

— Ждать, — Николя поднялся. — Просто ждать. К слову, завтра разрешу принимать посетителей. Есть желающие побеседовать. Да и твои друзья весьма… настойчивы.

Я думаю.

Орлова, небось, разрывает от возмущения, что такой шухер и без него случился.

— Но сперва с тобой хотел побеседовать другой человек. Обсудить в целом… перспективы и дела. И как понимаю, всё стало ещё более сложно.

— Николай Степанович, — я тоже встал, хотя мышцы заныли. И это, оказывается, тоже вполне нормально. Тело каменело, порой вовсе то ногу, то руку схватывало судорогой. Татьяна обещала, что, когда энергия усвоится полностью, пройдёт, но сейчас в это верилось слабо. — А правда, что Гильдию распустят?

— Вряд ли, — ответил он сразу, не задумываясь. — Да, Государь недоволен. И он в своём праве… это было неэтично.

Я ждал продолжения.

И Николя понял.

Вздохнул.

Отвернулся почему-то, будто это ему было стыдно. Хотя он, я вижу, не отказывался от работы. Он за прошедшие дни серьёзно похудел и осунулся. Глаза вон вовсе ввалились. И одежда висит мешком.

— Речь скорее идёт о серьёзных переменах. О расширении полномочий Медицинского департамента. Возможно, будет учреждено отдельное министерство[1].