Клеа и месть призраков - Эвелин Бризу-Пеллен Страница 37

— Лиам считает спасение Эмерансы своим долгом, – продолжил Лео. – Всё, что он считает своим долгом, становится его долгом.

— И вы предоставите Лиама его судьбе?

— Ты хочешь от меня помощи? Ты знаешь, что у меня нет выбора. Я не могу оставить Особняк, я несу караульную службу.

Мне нечего было возразить Леониду. Кусты росли и росли, шипы на них становились всё длиннее и угрожающе тянулись к нам. Мне очень хотелось спрятаться от них за спиной Леонида, но благородная спартанка никогда бы так не поступила. Женщины и мужчины должны быть одинаково мужественными. Женщины не плачут по своим мужьям, сыновьям, друзьям, погибшим в бою «в ореоле славы».

Кусты тянули к нам шипы и понемногу окружали нас. Леонид вытащил из ножен меч и стал рубить ветки. Я последовала его примеру. Рука об руку мы сражались с врагом, стараясь его победить. К несчастью, чем больше мы срубали ветвей, тем больше их отрастало. Мне казалось, что я попала в фильм, который пустили в ускоренном темпе. Понимала, что нам не справиться. Слёзы текли у меня по щекам. И несмотря ни на что – наверное, не желая отстать от Леонида – я продолжала рубить ветки. С ощущением безнадёжности. Не с такой скоростью. Чувствуя, что задыхаюсь.

Оглушительный грохот сотряс воздух. Небо угрожающе почернело. Шевелящиеся земельные горбы стали расходиться трещинами, из них заструился дым. Дым приобретал очертания людей… Ужас сковал меня. Я поняла: ничего поделать нельзя, мы погибаем.

Леонид стал крутить мечом вокруг себя. Я застыдилась своей слабости и старалась во всём подражать ему. На самом деле, нас окружали лишь фантазии серых призраков, а не сами злые духи. Но тем меньше власти над ними имели наши мечи. Против призраков, порождённых призраками… А что, если они всё-таки могут украсть у нас души?

Теперь черноту рассекали молнии, они сверкали со всех сторон и врезались в землю с невероятным треском. Мы попали в окружение искрящихся молний. Я не знала, защищаюсь я от них или нет. Я чувствовала только ужас. Огненные всполохи подожгли кустарник. На нас наступал огонь. Леонид замер в неподвижности.

Я не сразу поняла: он бездействует, но вовсе не от отчаяния. Вокруг нас резко переменилась обстановка. Дымы стали рассеиваться, почва перестала колебаться, земля больше не вспухала и не трескалась. Горбы, посечённые молниями, понемногу оседали. Кусты догорали, осыпались пеплом, и ветер уносил пепел вдаль. Не смея поверить чуду, я прошептала:

— Кто-то встал на нашу защиту…

Но Леонид безжалостно отмёл мою надежду:

— Некому нас защищать.

И я снова почувствовала гнилостный запах, и с ним вместе ко мне вернулся страх.

— Серые призраки не способны на сотрудничество, – объяснил Леонид. – Вместо того, чтобы объединиться, каждый придумывает свои ловушки, их ловушки уничтожили одна другую.

Я слышала его слова, но не могла их как следует понять – вокруг снова хлюпала вода, ноги снова утопали в отвратительной грязной жиже. Я понимала: нас ждёт гибель.

Мы давным-давно потеряли Лиама из виду, и ничего кроме безнадёжности я не чувствовала. А мне бы так хотелось, чтобы в час, когда мы навеки покинем наш мирок, мы были бы с Лиамом вместе…

— Неужели нет никакой защитной полосы между нашим парком и лесом? – жалобно простонала я.

— Есть. Болота, – коротко ответил Леонид.