Клеа и месть призраков - Эвелин Бризу-Пеллен Страница 40

Трупов видно не было, и для тех отдаленных времён улица выглядела довольно чистой. После целого века эпидемий горожане наконец поняли, что чистота немаловажное подспорье в борьбе с чумой, что бросать мертвецов в тёмные углы не лучший способ бороться с болезнью.

Через боковую дверь в крепостной стене Лиам заметил двух рыбаков, они собирались сесть в лодку. Он подбежал к ним и спросил:

— Где тут церковь, в которой звонят колокола?

Рыбаки уставились на Лиама вытаращенными глазами.:

— Погляди! Одет-то как! – воскликнул один из них.

— Цыган! – закричал второй. – Цыган проклятый!

Теперь настала очередь Лиама вытаращить глаза. Само собой, что джинсы и футболка могли произвести фурор в той далёкой действительности, но какое отношение джинсы имеют к цыганам? Непонятно. Скорее всего, рыбаки, называя его цыганом, хотели сказать «чужак». Но времени придумать хоть какое-то объяснение Лиаму не дали, новые знакомые уже орали во все горло:

— Цыган! Цыган! Он смазал ворота жиром!

— Лови переносчика чумы!

«Смазал ворота жиром»?.. «Переносчик чумы»?.. Рыбаки швыряли в него камнями.

Лиам помчался от них со всех ног. Он вспомнил рассказ Кристины про чуму. Во времена Средневековья люди верили, что эпидемии насылаются злыми колдунами или отравителями. И виноваты в них, разумеется «чужаки» – ими могут быть прокажённые, чужеземцы, евреи, цыгане, они приносят в город чуму, отравляя колодцы или «смазывая двери» колдовской мазью.

Рыбаки не побежали за Лиамом. Как можно было пропустить клёв рыбы? Рыба всего важнее.

Уф!!!

Улица расширилась и превратилась в маленькую площадь. Колокол звонил прямо над головой. Лиам попал туда, куда хотел: он узнал церковную паперть. Возле коновязи уже стоял оседланный конь, на седле красовался леопард. Значит Гильем уже вошёл в церковь.

А вот Лиаму ход туда заказан. Он пристроился у портала и стал ждать, тревожно прислушиваясь к уличному шуму. В открытую дверь он видел Гильема, стоявшего на коленях перед алтарём, прижимая к себе безжизненное тело Эмерансы…. Душераздирающее зрелище. Но Лиаму не до эмоций Он был весь на нервах. При чём тут жалость? Он просто хочет всё уладить.

Лиам сгорал от нетерпения. А Гильем и не думал торопиться. «Выходи! – кричал ему про себя Лиам. – Выходи скорее!»

Наконец, священник, держась на солидном расстоянии от зачумленной, попросил Гильема как можно скорее вынести из церкви мёртвую невесту. Рыцарь поднялся с колен и медленно пошёл к выходу, обнимая Эмерансу. Он почернел от горя.

И вот Гильем под сводом портала.

— Не все потеряно, шевалье! – тихо шепнул ему Лиам. – Вы встретитесь со своей невестой в загробном мире.

Гильем не обратил на Лиама никакого внимания. Он, конечно, подумал, что слышит традиционное утешение, которое никого никогда не утешало.

— Идите со мной, – продолжал шептать Лиам. – Я отведу вас туда, где вы встретитесь с Эмерансой.

Из глаз шевалье потоком потекли слёзы.

— Если бы это было возможно! Любимая моя! Моя единственная! Я не могу жить без тебя!

Лиам услышал крики с улицы.

— Переносчик чумы! Ищите переносчика чумы!

Так. Рыбаки за ним не побежали, зато пустили по его следам целую толпу.

— Гильем, жизнь оставила Эмерансу! – продолжил лихорадочно шептать Лиам. – Не горюйте о теле. Душа её улетела, и я знаю, где она теперь. Я отведу вас к ней. Торопитесь!