Пират: Красный барон. Капитан-командор. Господин полковник - Андрей Посняков Страница 148

— Не враги, – согласился шкипер. – Только вот знают ли они об этом. И – самое главное – захотят ли знать?

А «Красный Барон» уже бросал якорь рядом, грозно таращась пушками из открытых портов. Видно было, как на корме какой-то человек в синем кафтане приложил к глазу подзорную трубу. Впрочем, что тут было разглядывать – между судами оставалось всего-то с полсотни шагов.

— Давид и Голиаф, – мрачно пошутил Альфонсо Хименес. – Только, увы, нам с этим Голиафом при любом раскладе не справиться.

Улыбаясь как можно шире, Андрей слегка поклонился в сторону высокой, покрытой позолоченным узорочьем кормы чужака и, махнув треуголкой, громко, по-английски, сказал:

— Рад приветствовать вас, господа, на краю света!

— Кто такие? – передав подзорную трубу проворно подбежавшему мальчишке-юнге, не очень-то любезно осведомился… похоже, что капитан.

Поистине мрачный тип, с каким-то землистым лицом и кривыми, как у прирожденного кавалериста, ногами. Так вот он какой, пресловутый Гаррота, овеянный дурной славой капитан «Барона Рохо»! Впрочем, разглядеть во всех подробностях черты лица сейчас было трудно…

— Я – капитан Руд ван Гуллит из Амстердама, – тут же представился Громов. – Иду в Чарльстон с грузом пеньки. Вот, заглянул за водичкой…

— А где же ваши флаги?

— Шторм потрепал. А запасных мы не взяли.

— Что ж еще от вас, торгашей, ждать?! Кстати, мы тоже в Чарльстон… – обернувшись к подскочившему человеку – по всей видимости, боцману или старпому, – капитан «Красного Барона» захохотал. – Так я и думал, что это голландцы! Кому еще тут быть? Англичане прошли бы прямо в порт. Что?

Что-то переспросив, он яростно хватанул кулаком по фальшборту:

— Так выбросьте эту падаль рыбам на корм! Не забудьте только браслеты снять, они стоят денег… – распорядившись, Гаррота с усмешкой посмотрел на Громова. – Ну бывай, Голландец! В Чарльстоне встретимся.

С борта вниз полетело черное тело… всплеснула вода, и стаи хищных рыб бросились к неожиданной пище.

— А он везет чернокожих рабов, – вполголоса промолвил шкипер. – Потому и не напал, хотя и мог бы. Зачем ему связываться с нашей пенькой? С живым-то товаром…

Боцман наконец перевел дух и ухмыльнулся:

— К тому же они не знают, сколько нас! И это тоже неплохо.

«Красный Барон» запасся пресной водой намного быстрее, нежели захваченный беглецами бриг, и тут же отвалил, вежливо отсалютовав флагом. В ответ расторопный «сеньор капитан» грохнул из кулеврины холостым зарядом в небо, выказав еще большую вежливость, уже граничившую с подобострастием – в конце концов «Барон Рохо» – это не строевой английский фрегат, чтобы приветствовать его таким образом. Впрочем, капитан Гаррота воспринял сие как должное.

— Слава богу, ушли, – утерев выступивший на лбу пот, шкипер посмотрел на марсовую площадку и хмыкнул. – А девчонка-то ничего, глазастая, жалко, что маленькая еще, на мальчишку похожая…

— Да, титек почти нету еще! Ничего, вырастет! – похотливо хохотнул боцман.

— Вырасти-то вырастет – так это сколько ждать?!

Неожиданно обозначенная сеньором проблема была общей для экипажей всех отправляющихся в дальнее плаванье кораблей – нерешенный сексуальный вопрос доводил моряков до изжоги, и это еще в лучшем случае. Именно для того, чтобы не вызвать неизбежных в данном случае зависти и раздора, брать в плаванье женщин строго-настрого запрещалось… хотя вполне в традициях считалось использовать вместо женщин юнг, однако и юнги нередко являлись причинами для кровавых разборок и драк. Все секс, будь он неладен!