Пират: Красный барон. Капитан-командор. Господин полковник - Андрей Посняков Страница 162

— Ну… ну повернитесь же… ну хоть чуть-чуть… пожалуйста… – приложив к правому глазу окуляр, умоляюще шептал про себя молодой человек. – Ну… что ж вы…

Идущая позади остальных женщина неожиданно споткнулась, едва не упав, и подскочивший страж грубо подтолкнул ее в спину. Несчастная обернулась… И Громов чуть было не выпустил из рук трубу: милое знакомое лицо, ныне бледное и осунувшееся, синие, как бездонные глубины океана, глаза, каштановая прядь, выбившаяся из-под капюшона… И этот знакомый жест – ущипнуть пальцами мочку уха… вот так…

Сомнений больше не оставалось – Бьянка!!!

Андрей едва сдержался, чтобы не закричать от радости: та, которую он считал погибшей и за кого, без всяких сомнений, отдал бы жизнь, жива! Жива! Жива!! Жива!!! И именно это являлось сейчас главным, все же остальное… все остальное можно было решить… нужно было решить… обязательно!

— Все, парень… давай сюда трубу, хватит! Я и так сильно рискую.

Ведьмы и сопровождавшие их стражи вошли в часовню.

— Спасибо, Стен, – вернув молодому Фогерти подзорную трубу, Громов следом за ним вышел на улицу, еще раз поблагодарив стражника.

— Поблагодаришь лучше дядюшку Джона, – буркнул в ответ тот.

Однако от парочки серебряных монет вовсе не отказался.

Вечером Громов уже был на старом кладбище у дуплистого дуба, дожидаясь Саланко. Как и предполагал лейтенант, сын вождя явился в город не один, а с верными воинами, количество которых пока оставалось тайной – темно, и самого-то Саланко Андрей еле узнал – в длинном, наглухо застегнутом кафтане и шляпе, парень вовсе не напоминал индейца.

— Ну ты и вырядился, – услыхав за спиной шорох, молодой человек резко обернулся.

— Так ходят все бледнолицые, – на лице юного индейца мелькнула улыбка, словно отражение призрачного света луны. – Ты пришел к дубу… Зачем?

— Мне нужна твоя помощь, дружище, – прямо, без обиняков, пояснил Андрей. – Твоя и твоих воинов. Нужно выручить кое-кого… вытащить из здания суда.

Саланко исчез, словно растворился в черном воздухе ночи, теплой и звездной, и Громов уже было подумал, что у этого парня наверняка есть какие-то свои дела – за тем он и явился в Чарльстон, – дела куда более важные, нежели спасение какой-то там ведьмы. Что ж…

— Мы поможем тебе, – молодой воин возник столь же внезапно, как и исчез. – Я и мои воины. Идем!

— Что? Прямо сейчас уже? – удивился Громов.

— Именно сейчас, мой белый брат, – Саланко снова покривил губы той самой призрачно-странной улыбкою. – Чего тянуть? Завтра будут приготовления к казни… мы можем не успеть. Тем более, у нас есть еще кое-кто, с кем нужно бы поквитаться.

— Отец Джозеф?

Сын вождя не ответил, лишь обернулся и, махнув рукой в темноту, тихо спросил Громова:

— Так ты идешь?

Неслышными ночными тенями, скользящими призраками бескрайних прерий маскоги проникли в здание суда с черного хода – просто отжали томагавком дверь, ничуть не потревожив шумно играющих в карты караульных. Впрочем, один из них – бледный тщедушный солдатик с наивным лицом – вдруг прислушался:

— Кажется, сквозняком повеяло.

Услышав эти слова, Саланко остановился у лестницы, подняв руку… Его воины – дюжина или даже полторы, Андрей не считал точно – проворно вскинули луки: понятно, все должно быть сделано тихо, ружей с собой не брали. Сам сын вождя поднял томагавк… Еще пара секунд – и караульных не будет: бледный заморыш упадет с пробитой головой, остальных поразят стрелы…