Девять хвостов бессмертного мастера. Том 5 - Джин Соул Страница 200

— Гунгун, – обратился к евнуху Синий министр, – ты ведь везде и всюду сопровождаешь нашего царя, даже в военных походах.

— На то я и его личный евнух, – ответил Янь Гун и прищурился.

Министрам явно от него что-то было нужно, стоило держать ухо востро.

— Согласно правилам, ты ведь спишь на пороге его шатра? – уточнил Зеленый министр.

Янь Гун лишь неопределенно хмыкнул.

Так полагалось, на пороге или за порогом, но Ли Цзэ, конечно же, не позволил бы другу спать на земле, потому в военных походах у Янь Гуна был собственный шатер, который ставили рядом с царским. Но министрам об этом знать необязательно.

— Скажи тогда, захаживают ли к нему в шатер женщины? – прямо спросил Синий министр.

— Какие женщины? – не понял Янь Гун.

— Любые, – сказал Зеленый министр. – Ситуация такая, что любая сгодится, даже падшая.

— Не захаживают, – рассердился Янь Гун. – Такого-то вы мнения о Цзэ-Цзэ? Он приличный мужчина.

— К приличному должны захаживать, – возразил Зеленый министр и приуныл.

— Тогда, – беспокойно спросил Синий министр, – не захаживает ли к нему в шатер кто-нибудь из солдат?

— Что-о?! – взревел Янь Гун, вытаращив глаза.

— Известно ведь, что среди солдат много юношей. Есть довольно смазливые, похожие на девушек. Нередко бывает, что кто из солдат постарше прельщается их красотой и молодостью и… хм, ну, ты понимаешь.

— Солдаты к Цзэ-Цзэ захаживают исключительно с военными докладами, – однозначно заявил Янь Гун.

Оба министра застонали.

— Тогда все обстоит еще хуже, чем мы думали, – сказал Синий министр убитым голосом.

— Если его не волнуют ни женщины, ни мужчины, мужчина ли вообще наш царь?

— Что-что? – не понял Янь Гун.

— Вероятно, он лишен мужской силы, – сказал Синий министр. – Гунгун, ты должен проверить, так ли это.

— Я? – поразился Янь Гун. – С чего вы вообще решили… Да ему просто все это не интересно, он занят войной.

— Он в таком возрасте, что ему должно быть интересно! Давно уже должно быть интересно, – возразил Синий министр. – Я уже в тринадцать лет… гм… В общем, Гунгун, иди и проверь, мужчина ли наш царь.

— И как я это проверю? – фыркнул Янь Гун, который считал предположения министров совершенной чушью.

— Ты ведь помогаешь ему совершать омовения, вот тогда и проверь, – сказал Зеленый министр, делая рукой такой жест, словно что-то хватает.

Янь Гун не любил вспоминать об этом. Он не хотел, но оба министра поджидали за дверью купальни и подслушивали, поэтому пришлось выполнять их приказ.

Пока Ли Цзэ отдыхал в наполненной водой ванне, Янь Гун всегда дожидался, когда он закончит, чтобы помочь ему вытереться и переодеться. Ли Цзэ мог делать все это и сам, но друзьям нравилось проводить время вместе и болтать по старой памяти о всякой всячине.

На этот раз Янь Гун, мысленно распрощавшись если уж не с жизнью, так с дружбой, решительно закатал рукав и, сунув руку в воду, «проверил, мужчина ли наш царь», как выразились министры.

Ли Цзэ подскочил как ужаленный, отбил руку Янь Гуна и рявкнул:

— Пошел вон!

— Меня министры заставили, – пискнул Янь Гун, юркнув в сторону от запущенной в него Ли Цзэ бадьи.

Янь Гун надолго впал в немилость после этого происшествия. Ли Цзэ даже не взял его с собой в очередной поход. Но министры остались довольны результатом: Янь Гун сказал, что Ли Цзэ – мужчина и еще какой.