Принцесса и первый встречный - Марианна Красовская Страница 31

Летта радостно закивала:

— Сначала нужно постирать простыни и сорочки!

Рик нахмурился и лег, закрывая глаза. Он крепко подозревал, что король его все же повесит (голову отрубали лишь аристократам, обычный гончар не достоин подобной чести). А с другой стороны, он ведь муж принцессы, хоть и фиктивный. Возможно, ради него сделают исключение.

Летта вытянулась рядом с Риком, уместив голову у него на плече и обвив талию руками.

— Ты никогда не думал, что все могло бы быть по-другому? — мурлыкнула она.

— Конечно, думал, — лениво отозвался Рик. — Ты могла бы быть уже женой своего Эрика, и мы бы никогда не встретились. Разве что тебе захотелось бы на ярмарке купить кувшин.

— Дурак.

— Даже не спорю.

Лежать так близко к ней было настоящей пыткой. Сейчас Рик благодарил небеса за свою слабость.

После третьего боя Летта снова сварила лечебное зелье и поспешила во дворец. На сей раз на кухне было тихо и почти пусто.

— Его величество нынче отдыхает, — сообщили Летте. — Гостей нет, двор распущен по домам. Он поужинает в саду и ляжет спать. Поэтому будем драить котлы, это куда проще, чем куча посуды после приема.

Ей выдали щетку, песок и несколько черных котлов. Девушка принялась за дело. Повара и поварята передвигались, как ленивые мухи. Что-то резали, что-то чистили, что-то отбивали. Кухня ничем не напоминала вчерашний муравейник.

— А ты ведь из знатной семьи, Летта? — спросила старшая кухарка. — танцевать умеешь?

— Умею.

— И красавица такая, ничуть не хуже, чем иные придворные дамы.

— Вся в маму.

— Если тебя одеть в красивое платье, то и не отличишь.

— Верно. Я умею себя вести в обществе.

Повара зашептались и тихо засмеялись.

— Вот была бы шутка, — сказал один из них. — Если б судомойка пришла на бал, а ее никто б не отличил от благородной!

— Это сложно, — вздохнула кухарка. — Платье нужно, туфли.

— У меня есть платье, — выпрямилась Летта. — Мое… свадебное. Только оно мятое и в пыли.

— Это вовсе не проблема! — оживись все. — Приноси, почистим, погладим! И туфли найдем, ты знаешь, что дамы на балах порой снимают туфли и теряют их? У нас тут найдутся всякие.

Виолетта знала. Сама не раз сбегала с бала и босиком бродила по шелковой траве, успокаивая горящие ноги. Эх, кажется, что это было сто лет назад! Она со вздохом посмотрела на свои руки: все еще маленькие и нежные, но красные, со свежей мозолью от щетки, с черными полосами под обломанными ногтями.

— И перчатки нужны, — с тоской сказала она. — И прическа. Нет. Это совершенно невозможно.

— Да ты и не сможешь, — сказал главный повар, тучный мужчина с красным круглым лицом. — Тебя все равно узнают.

— Смогу. Спорим? — Летта тут же оживилась. — Спорим… что я даже к королем станцую?

— Это совершенно невозможно! — повторил ее же слова повар.

— На что спорим?

— На серебряную монету!

— У меня ее нет.

— Тогда так. Я ставлю серебряную монету, а ты, если тебя с позором выкинут с бала, будешь целую неделю резать лук!

— А давай! Но мне нужны туфли, перчатки и прическа.

— Заметано!

К повару тут же присоединились остальные, и на столе тут же выросла горка мелких серебряных монеток, похожих на чешуйки от рыбы.

— А я ставлю на Летту, — задумчиво сказала кухарка. — Она такая красивая, что хоть мешок из-под картошки на нее натяни, все равно Эрик ее заметит.