Пират: Красный барон. Капитан-командор. Господин полковник - Андрей Посняков Страница 375

Андрей оглянулся – из волоковых окошек Матрениной избы тоже клубился дымок. Интересно… Это его Апракса выдал? Хм… да нет – когда бы успел – все время на глазах был. Значит – кто-то из обозных, скорее всего – староста, Никодим Шпилькин. Все правильно, это же его обязанность – докладывать обо всех подозрительных по начальству.

Солнце еще не показалось, лишь подсвечивало оранжевым золотом плывущие в голубом небе облака, на улице морозило, но не сильно, так, градусов десять-двенадцать, да и вообще денек обещал быть неплохим – солнечным, тихим.

В церквях уже благовестили колокола, на пересечении двух широких, застроенных солидными, окруженными высокими заборами домами улиц, у деревянной колокольни уже толпился народ – слуги, дьячки, богомольцы. Много было и торговых – приказчиков, да приехавших на торг крестьян, тут и там сновали купчишки, деловито выкладывающие по рядкам свой товар – хомуты, подковы, седла. Чуть дальше, у коновязи, молодые приказчики в армячках развешивали на веревках образцы тканей самой разной расцветки, а где-то неподалеку, в трактире, уже пекли пироги – запах шел такой, что Громов едва слюною не подавился.

— Хороши пироги у Акулина, – шмыгнув носом, заметил капрал. – Особенно рыбники.

— Да, с налимом-то оченно вкусно! – один их солдатиков, тряхнув ружьем, жалобно посмотрел на своего командира. – Так, может, заглянем, господине? С пылу-то, с жару…

— На обратном пути! – строго заявил капрал. – Батюшка воевода, поди, уже важнее, пошлины проверяет. Скоро и в острожек заглянет – спросит, чего нового, каких татей за ночь спымали? А вот он – тать.

Андрей подобное хамство проигнорировал, чай, не дурак – против четверых молодцов с ружьями незачем хвост подымать. Разве что – на свою голову.

Можно было бы, конечно, и дернуть, сбежать – да вот куда? Зима – долго-то не набегаешь. Тем более, и солдатики не сами по себе действуют – за-ради воеводы Пушкина стараются. Так, может, и к лучшему, перед воеводою-то предстать?

Миновав площадь, солдаты перекрестились на высоченную Спасо-Преображенскую церковь и, спустившись вниз, в сторону видневшейся невдалеке обители, свернули к солидному, с распахнутыми настежь воротами, тыну, за которым виднелся обширный двор и какие-то избы. У ворот, поеживаясь, стоял часовой с фузеей – совсем еще молодой парень с детским безусым лицом.

— Олексий, воевода не появился еще? – утробно высморкавшись в снег, осведомился капрал.

— Никак нет, господине! – вытянулся солдатик. – Одначе ждем.

— Ясно, что ждете. Ладно, этого в острог пока. Воевода придет – доложим.

Многократно упоминаемый солдатами «острожек» оказался обычным овином – срубленной из бревен постройкой с печью для сушки снопов, кои нынче заменились узниками, судя по одежке – в основном крестьянами и небогатыми посадскими людьми, скорее всего, угодившими сюда за какие-нибудь недоимки.

— Тут пока посиди, – капрал кивнул на разбросанную по углам солому. – Как, гришь, тя звать-то?

— Громов, Андрей Андреевич, – с готовностью напомнил узник. – Между прочим – капитан-командор!

— Поглядим, какой командор… Лан-но! Сиди пока, Андрей Андреич!

Заскрипела тяжелая дверь, захлопнулась, снаружи задвинули тяжелый засовец.

— Эй, эй! – спохватился Андрей. – А руки-то развязать?