Курс на СССР: Переписать жизнь заново! - Андрей Посняков,Тим Волков Страница 66

— Дашь почитать? — тут же напали на меня со всех сторон ребята.

— Да вы что! — урезонила их Света, подойдя к нам — ей уже доложили о случившемся, и она пришла разбираться, но опоздала. — За такие книжки вам знаете, что будет? Отряду «Бригантина» нельзя такими словечками выражаться!

И строго посмотрела на меня.

— Александр…

— Света, не переживай. Все нормально.

— А что делать с этим? — спросил кто-то из парней, показывая на рассыпанную мелочь из кармана Гоги.

— Нужно собрать и потом ему вернуть, — ответила Света. — Это его деньги.

— Как же, его! — усмехнулся кто-то. — Он вчера тут весь вечер эти деньги у всех отбирал. Лешку Шихова побил, еще Кольке досталось. Это их деньги. Им и надо отдать.

— Нет, лучше потратить эти деньги на что-то общественно полезное, — предложил другой парень. — Например, девчонкам фломастеры купим! Они стенгазету рисуют, им пригодится.

— Что за ерунда? Какие еще фломастеры? Лучше давайте портвейна купим!

— Какой еще портвейн⁈

Ребята принялись спорить как поступить с деньгами. Но я их уже не слушал. Мой взгляд был прикован к тому месту, где только что валялся Гога. Среди пыли и травинок лежала не только мелочь. Там была сложенная в несколько раз потрёпанная бумажка. Та, что выпала у него из кармана.

— Постойте, — сказал я и подошёл, поднял записку.

Это был клочок бумаги с колхозным штампом в углу — «Колхоз „Золотая Нива“». Почерк был твёрдый, начальственный, с сильным нажимом.

«Гога. Явись сегодня в 23:30 к задним воротам склада № 2. Возьми пару своих крепких ребят. Будет работа — грузить коробки. Оплата наличными, по десять рублей с носа. Только чтоб тихо и никто не видел. Евшаков.»

Я перечитал текст дважды. И всё стало на свои места. Света оказалась права, в студенческой еде и в самом деле недобор продуктов. Потому что председатель банально ворует провизию. Сливает со склада то, что должно идти студентам на котёл. А грузить награбленное зовёт Гогу.

Ну ничего, тебя мы живо прижмем. Будет тебе репортаж про сбор картошки с полей твоего колхоза!

Я медленно сложил записку и сунул её в карман.

— Сань, что там? — спросила Света, подходя.

— Ничего, — я сделал безразличное лицо. — Чек из ларька. Выброшу.

Но в голове уже зрел план.

Я посмотрел на часы. До половины двенадцатого ночи было ещё уйма времени. Но нужно подготовиться.

— Ладно, ребята, мне пора, — сказал я, поднимаясь. — Дела есть.

— Какие еще дела? Вечер же в самом разгаре! — удивились мне.

— Журналисткие, — ухмыльнулся я. — Готовить материал к следующему номеру.

Я отошел от компании, оставив за спиной шум и смех. Почувствовал адреналин и азарт. Наконец что-то нормальное, а не эти рафинированные статьи про картошку и колхоз!

Но мне нужны доказательства. Обязательно нужно взять с собой фотоаппарат. Только вот как быть со вспышкой? Так фоткать? Нелепо и невозможно. Заметят. Придется разбираться с диафрагмой фотоаппарата и выставлять длинную выдержку. Эх, не фотограф я! Но буду рисковать.

* * *

Кусты шиповника у задних ворот склада № 2 кололи руки и цеплялись за куртку. Я сидел на корточках, прижимая к груди фотоаппарат, с нетерпением вглядываясь в полосу света от единственного фонаря, освещавшего грязную площадку перед складом.

Воздух остыл, от ближайших полей тянуло сыростью и прелой травой. Где-то далеко кричала какая-то ночная птица. Я проверил настройки камеры в сотый раз: выдержка, диафрагма. Снимать ночью на советскую пленку та еще лотерея. Вспышку я не взял, она бы меня сразу выдала. Придется надеяться на свет фар и тот самый одинокий фонарь. Ну и на луну. Повезло и погода была хорошей — ни единого облачка на небе.