Искушение Снежной Королевы - Татьяна Михаль Страница 9

Получилась идеальная лунка, заполненная водой, из которой вдруг показалась рыбья голова, и тут же исчезла.

На мгновение воцарилась тишина, а затем несчастный уборщик, глядя на своё оплывающее тело, тихо и жалко простонал: «Ой…».

Его срочно унесли на реанимацию в сугроб.

— Мой дворец тает и уходит по воду, — вздохнула я. — Надеюсь, после замужества, это закончится. А сейчас… Что ж, пусть будет пол с мокрым эффектом. Это… эксклюзивно.

Умник фыркнул, но промолчал.

Мой взгляд переметнулся на сам трон.

Группа ледяных скульпторов-ювелиров что-то яростно обсуждала, размахивая резцами.

Мой привычный, изящный, выточенный из цельного айсберга трон они усердно «улучшали».

Они наращивали ему спинку, вживляли дополнительные кристаллы и, кажется, пытались приделать подлокотники в виде оскаленных грифонов.

— Выглядит так, будто трон подрос и возмужал, — заметила я с лёгкой тревогой. — Теперь он напоминает не трон для элегантной королевы, а парадное кресло для предводителя ледяных варваров.

— Зато солидно, — флегматично ответил Умник. — Теперь с него будет удобно объявлять войны. Вообще нам нужнее новые территории, чем муж.

Я щёлкнула барса по носу. Он недовольно рыкнул.

Но главной головной болью стал второй трон.

Для… моего будущего мужа.

Ювелиры принесли мне эскизы.

Первый вариант.

Точная, но уменьшенная копия моего трона.

— Чтобы не затмевал ваше Снежное Величество! — рапортовал главный ювелир.

— Выглядит как табуретка для ребёнка, — тут же съехидничал Умник. — Будущий муж «оценит». Сразу поймёт своё место в иерархии. Где-то ниже снеговика-швейцара.

Вариант второй.

Трон такого же размера, как мой.

— Как символ равноправия? — проговорила задумчиво, рассматривая эскиз трона, точь-в-точь, как у меня.

— А как же символ твоего многовекового великого одиночного правления? — поинтересовался барс. — Теперь придётся всё делить пополам. И власть, и взгляды, и последнюю замороженную ягоду брусники.

— Делиться? — скривилась я.

Умник закивал.

Я длинно и раздражённо вздохнула и отдала второй эскиз.

Мне показали вариант номер три.

Трон БОЛЬШЕ моего.

— Чтобы подчеркнуть значимость вашего будущего супруга! — величественно произнёс ювелир.

— О, отличная идея! — обрадовался Умник. — Пусть приезжает, и сразу садится на твой трон. А ты сядешь рядом на табуретке из первого варианта. Красиво. Символично. Унизительно прекрасно.

У меня закружилась голова.

Каждый вариант казался неправильным и катастрофическим.

— Знаете что? — заявила я, чувствуя, как во мне просыпается истеричная решимость. — Сделайте все три! Мы поставим их в ряд! Посмотрим, кто вообще явится!

Ювелиры побледнели.

Умник фыркнул:

— Ну вот. Теперь у нас будет не брак, а выставка тронов. Надеюсь, твой будущий муж оценит твой широкий жест и узкий кругозор.

Следующими после ювелиров ко мне явились швеи-сильфиды, существа из воздуха и морозной дымки.

Они облетели меня с мерными лентами, блокнотами, щебетали как ласточки, и вдруг замерли.

Их воздушные личики выразили ужас.

— Ваше Великое Прекрасное и самое Суровое Снежное Величество! — пропела старшая. — Ваши параметры! Они… изменились! Вы поправились!

Леденящий душу ужас сковал меня.

— Что?! Как изменились? Где? — я схватилась за талию. Она казалась прежней.

— Ваш общий вес! — трагическим шёпотом сообщила сильфида. — Увеличение на целых… две тысячи граммов!