Измена. На бис! - Ася Вернадская Страница 95

— А ты можешь так? — спросила Катя. — Через суд запросить?

— Могу. — Коля пожал плечами. — Но зачем, если можно договориться по-хорошему? Главное, что результат есть.

— Выставка через неделю, — сказала Катя. — Всё готово, Лёха уже договорился.

— Через неделю, — повторила я.

Неделя. Семь дней. А потом эти фотографии увидят люди. И Милана, которая резала моё платье, и Арсений, который трахал всё, что движется, и Лика, которая делала вид, что не понимает, что творит. Они увидят. Узнают. И больше никто не сможет сделать вид, что ничего не было.

В палату заглянула медсестра.

— Приёмное время закончилось, — сказала она. — Всем пора.

Катя вздохнула, поднялась.

— Ладно, пошли, — сказала она Лёхе. — Ада, не скучай.

— Не буду.

Коля встал, поправил одеяло.

— Я завтра приду.

— Приходи.

Они ушли. Дверь закрылась, и в палате стало тихо. Я перебирала в голове названия, которые придумала сегодня. «Запах чужого парфюма». «Ночные маршруты». «Точка невозврата».

Через неделю всё это увидят другие. И тогда, наверное, я смогу дышать спокойно. Или не смогу — но уже неважно. Главное, что это закончится. Месть — не то слово. Слишком громкое. Просто правда, которую прятали так долго, что она стала взрывоопасной.

Сделала глубокий вдох. Неделя. Семь дней, чтобы подготовиться. Семь дней, чтобы окончательно решить, хочу ли я этого. Но я уже знала ответ. Хочу. И не отступлю.

Глава 53

Галерея «Фокус» встретила меня запахом свежей краски и дорогого вина. Я не была здесь с той самой выставки, где познакомилась с Арсением. Тогда мне казалось, что судьба сделала мне подарок. Такой мужчина. Такая встреча. Теперь я знала: судьба просто поиздевалась надо мной. Просторный зал с высокими потолками, белые стены, идеальный свет. Всё выглядело так же, как четыре года назад. Даже кресла в углу стояли те же, тяжёлые, с бардовой обивкой. Только тогда я сидела в них с бокалом шампанского, счастливая и ничего не подозревающая. А теперь шла на костылях.

Коля вёл меня под руку, поддерживая, чтобы я не споткнулась. Лёха ждал внутри у входа. Он нервничал. Я видела это по тому, как он крутил головой, поправлял галстук, который явно надевал не каждый день, и всё время одёргивал пиджак.

— Ну что? — спросила я.

— Всё готово. — Лёша кивнул в сторону зала. — Иди, твоя выставка ждёт.

Катя была внутри. Я видела её через стеклянную дверь, когда мы подходили к галерее: она стояла у центрального стенда, разговаривала с какими-то людьми, жестикулировала, улыбалась. На ней было новое платье, тёмно-синее, с закрытыми плечами. Она редко так наряжалась, и сейчас это смотрелось особенно торжественно. Когда я вошла, она обернулась, и в её глазах зажглось что-то такое… гордость, наверное.

— Ада, — сказала она, подходя. — Ты как?

— Нормально.

— Держись. — Она сжала мою руку и отступила, давая мне пройти.

Фотографии висели в правильном свете. Лёха подготовил всё идеально. Мягкие лампы, которые не давали бликов, тёмный фон, чтобы каждый снимок смотрелся отдельно. Лица и фигуры были обработаны так, что формально никто не мог предъявить претензий. Но те, кто знал меня и Арсения, понимали без слов. Узнавали его спину, его руки, его манеру стоять. Узнавали её волосы, её силуэт.

Я слышала шёпот, чувствовала на себе чужие взгляды. Кто-то разглядывал фотографии, кто-то меня.