Няня-невеста для дочки магната - Марго Лаванда Страница 16

— Спасибо, ты меня успокоила, – улыбаюсь, продолжая собираться.

Вика непринужденно болтает о доме и другом персонале. Она явно здесь не первый день и в курсе всех мелких деталей. Одеваюсь, слушаю ее с интересом, кивая на каждое слово, отвечаю, когда это необходимо.

— Ой, прости, я тебя заболтала, – вдруг извиняется она, улыбается и встает. – Давай попозже вместе выпьем кофе?

— Конечно, – отвечаю, чувствуя, как легко мне с ней общаться. Моя тревога улетучивается, и я начинаю чувствовать себя гораздо более расслабленно, чем несколько минут назад.

Вика выходит, а я через пять минут готова и спускаюсь за ней следом.

На кухне уже сидит Ангелина, ковыряет ложкой кашу, явно недовольная.

— Я хочу манную, Эмилия, – говорит она с капризом, не отрывая взгляда от тарелки.

— Дорогая, она совсем не полезная, – отвечает Эмилия с легким укором.

— Но я ее люблю! – настаивает Эльф, повышая голос.

— У нас закончилась манка. Георгий поедет в магазин только в обед. Не капризничай, милая, – говорит Эмилия, после чего кивает мне недовольно. – Вот и твоя няня.

Я подхожу к столу, улыбаюсь.

— Доброе утро. Давайте я съезжу за манкой? – предлагаю с улыбкой.

— Ты проспала? – склонив голову набок интересуется Ангелина.

— Прости пожалуйста.

— Вы разве на машине? – спрашивает Эмилия недовольно на меня глядя.

— Извините, не подумала, – вздыхаю, слегка смущенная.

— Ладно, съем овсянку. Только добавь еще голубики, – смиряется Ангелина, явно довольная компромиссом.

— Спасибо, ты меня выручила, – сажусь рядом с ней. – Можно мне тоже вкусной овсянки?

Ангелина кивает, довольная, и я с радостью составляю ей компанию. Мы выпиваем по стакану апельсинового сока и идем на прогулку. Девочка в отличном настроении, бегает, мы играем в мяч. Она смеется, и мне кажется, что все вокруг становится немного проще, чем я думала.

Потом мы возвращаемся в дом.

— Ангелина, – говорю с улыбкой, – ты готова немного поработать над английским?

Девочка фыркает и мотает головой, с выражением недовольства на лице.

— Не хочу, – ее голос звучит капризно. – Училка противная. Я хочу играть в куклы.

Вздыхаю удрученно, пытаясь найти подход.

— Но твой папа очень старался, искал преподавателя для тебя. Давай сделаем ему приятное?

Вздыхает и покачивает головой.

— Она так много домашки задает…

— Я тебе помогу ее сделать, – подаю ей руку, и в глазах девочки появляется искорка надежды.

— Правда?

— Конечно. Давай так: ты займешься английским сейчас, а потом сделаем перерыв и поиграем. Обещаю, что это будет интересно, – улыбаюсь ей в ответ, чувствуя, как ее настроение постепенно начинает улучшаться.

В ее глазах появляется небольшая искорка интереса, но она все еще колеблется.

— Ладно, но только если ты будешь меня хвалить, – говорит она с капризом, но уже более мягким.

— Конечно, обещаю! – улыбаюсь в ответ.

День проходит насыщенно, наполненный занятиями и активными играми. Приехала преподаватель английского, встречаю ее в холле. Она сразу привлекает внимание своим внешним видом – высокая, сдержанная, в светлом костюме, на вид около тридцати. Ирина Анатольевна – женщина с холодным взглядом и прямой осанкой. Ее лицо, без малейшего намека на улыбку, выражает исключительно профессионализм. В глазах скользит легкое недовольство, когда она спрашивает Эмилию Аркадьевну, понизив голос: