Развод. Я хочу стать мамой - Виктория Вишневская Страница 27

Глава 13. Арина

Чего? Мне послышалось, или… она правда это предложила?

Но ведь пару часов назад об этом и речи не было.

А я… рада? Или огорчена? Мы сегодня нормально поговорили, даже весело. Непривычно громко, со смехом, шумно.

Она уедет — и снова станет тихо. Но с другой стороны… я перестану нервничать, ревновать и бояться, что Август увидит лишнее.

— Ты же сама хотела жить с нами, – в голосе Августа одни вопросы. Как и у меня. Он опирается на стол, скрещивает руки и смотрит то на меня, то на Лену.

— Да подумала, что пока рановато, – Лена ковыряет ногтем кромку тарелки. – У каждой семьи свои правила. Мне комфортнее отдельно.

Это я ввела её в рамки. Но иначе нельзя.

— Как скажешь. Завтра сниму тебе квартиру, – решает муж. – Потом сама решишь, захочешь к нам переезжать на поздних сроках или нет.

— Спасибо за понимание! Сестрёнка, дай рецепт лазаньи!

Я улыбаюсь. Скорее всего, она просто не хочет рушить наши отношения. Понимает: ужиться сейчас — это как ходить по стеклу босиком.

— Хорошо.

После этого вечера всё меняется резко и навсегда. Август помогает Лене переехать в маленькую квартиру неподалёку от нас, в шаговой доступности — если вдруг мы соскучимся или если мне нужно будет заехать, проверить её, привезти суп.

Время в работе и подготовке течёт рекой, то затягивает меня, то выплёвывает. Меня швыряет гормонами: то жар накатывает волной, то голова ватная, как подушкой накрыли. Я меряю дни анализами, будильниками на таблетки, чашками ромашки на ночь. Радуюсь, когда курс заканчивается.

Мы с Августом прошли всё нужное, зачеркнули пункты в списке.

И наконец наступает день икс: благоприятный день для зачатия.

Пока мы ждём Лену, я хожу по коридору туда-сюда и считаю плитки на полу.

— Ну что там? – срывается у меня. – Когда на её месте была я, всё было проще.

— Успокойся, – Август нежно берёт меня за запястье и подтягивает ближе, обрывая моё мельтешение. Его пальцы тёплые, уверенные, как якоря. – Сказали же, что тебя позовут. Как будет можно — позовут.

Я киваю, но внутри всё равно дрожит. Переживаю.

Август обнимает, держит и не выпускает — то ли чтобы поддержать, то ли чтобы я не раздражала остальных своим топотом и тяжёлым дыханием.

Дверь неожиданно распахивается, и из кабинета выглядывает девушка в бледно-голубом халате.

— Пятницкая, зайдите в кабинет, пожалуйста.

Мои ноги сами срываются с места. Шаг — ещё шаг — и я уже внутри. Но как только переступаю порог, колени становятся ватой. Я вижу Лену: она сидит на стуле, поправляет юбку и улыбается нервной улыбкой.

Всё. Первая подсадка выполнена.

— Присаживайтесь, – доктор, мужчина с аккуратной бородой и добрыми глазами, кивает на стул рядом с сестрой.

Я словно ковыляю по воде, дохожу и падаю рядом. Сердце стучит в ушах, ладони мокрые.

— Процедура оплодотворения прошла без проблем, – говорит доктор, не поднимая глаз от карты. – Но должен предупредить о рисках. С первой попытки может и не получиться. По разным причинам. Сейчас от вас требуется покой, хорошее питание и сдача крови на ХГЧ каждые два дня. Если видим положительную динамику — отлично. Если нет, ждём пару циклов и делаем ещё одну попытку. Не унываем. У нас были самые разные случаи, даже самые тяжёлые.

Я киваю, как болванчик.

И невольно смотрю на плоский живот сестры. Там теперь… наш с Августом ребёнок? Наш ребёнок. В чужом животе. Это слово «чужом» бьёт под дых, как лёгкий, но точный удар. Воздух будто застревает. Но я держусь. Сжимаю кулаки, сжимаю зубы. Дышу.