Пандора - Дария Эссес Страница 40

— Мне плевать, что о тебе подумают, потому что мы расстались год назад. Как ты не можешь, блядь, понять?

Он в отвращении поморщился.

— Когда ты стала такой грубой?

— Когда ты дал другой девушке отсосать себе и опорочил мою честь! – прорычала я, переставая сдерживать бурлящие эмоции. – Все знают, что ты предпочел меня моей же лучшей подруге. Ты знал, что мы дружили с Изабель. Ты знал, как мне было тяжело, когда она просто бросила меня и предпочла своим фарфоровым куклам. Ты взял и переспал с ней, а потом сказал, что я виновата в собственном похищении! Ты… Ты… Да ты просто мудак!

Мне было плевать, что обо мне думают в городе, однако если кто-то лишний увидит те видео или узнает об измене Кейджа, пострадает репутация моей семьи.

А когда страдала репутация моей семьи, страдало мое тело.

Поэтому все думали, что мы просто не сошлись характерами.

Боже, да я только обрадовалась, когда мы разорвали отношения. Если сначала я испытывала к нему симпатию, то потом стало понятно, что ни о какой любви и речи не может идти. Кейдж был лживым, лицемерным, самовлюбленным мальчиком, который думал только о машинах, алкоголе и сексе. Он был мальчиком, когда я нуждалась в мужчине, на которого смогу опереться.

Но его измена сделала мне больно.

Потому что он переспал с Изабель.

От воспоминаний сердце так сильно сжалось, что стало трудно дышать. Меня задело не предательство парня. Меня задело предательство человека, который раньше был моим другом.

— Никто не знает, что ты трахалась со своим похитителем, – тихо напомнил мне Кейдж, и я сразу же уловила ход его мыслей. – Если я еще хоть раз увижу, что ты проводишь время в Синнерсе, то не стану молчать.

Я покачала головой.

— Ты шантажируешь меня? Девушку, которая ни разу тебя не подвела? Какая же ты гребаная киска, Кейдж Уильямс.

И вот оно.

Словно в замедленной съемке я наблюдала за тем, как заносится над головой его раскрытая ладонь. В голове промелькнуло воспоминание с кабинета отца и разговор с Агнес. Очередное доказательство того, что когда человеку что-то нужно, он перестает быть человеком.

Зажмурившись, я приготовилась к удару.

Но услышала только недовольное цоканье.

— У нас другие правила, богатый мальчик.

От звука этого голоса по телу словно пустили ток. Низкий и хрипловатый. Взрывоопасная смесь, особенно если идет в сочетании с кожаной курткой и огнестрельным ранением.

Медленно приоткрыв глаза, я увидела тень за спиной Кейджа. И чуть не подавилась воздухом, когда осознала, кто только что меня спас.

Бишоп Картрайт.

О, черт бы его побрал.

Буквально вчера я твердила себе, что нельзя привлекать его внимание, а уже сегодня он сканировал меня с ног до головы, крепко сжимая занесенную над головой руку Кейджа.

Но Бишоп не должен был узнать меня. Я не надела сиреневый парик, как во время нашей первой встречи, а голубые глаза скрыла оправой очков.

Кто же знал, что я встречу его до смены в клубе.

— Отвали, – раздраженно бросил Кейдж. – И не смей трогать меня своими грязными руками.

Видимо, он не знал, что такое инстинкт самосохранения.

— О, нет, богатый мальчик, – грубо усмехнулся Бишоп с тлеющей во рту сигаретой. – Я повторю еще раз. Люди здесь подчиняются нашим правилам. Одно из них – не поднимать руку на беззащитную женщину. У тебя есть пистолет или нож?