Пока не будешь счастлив - Анастасия Нуштаева Страница 53

— Рассудок помутился, – сказала я, ни капли не лукавя.

— Это ясно! И совесть у тебя помутилась – это тоже ясно. Скажи только…

— Можно выйти на обед? – спросила я, перебив Алину. – Проветрю голову и вернусь. Очень надо.

Было видно, что Алина не хочет идти на мои условия. Но возможность не видеть меня была так заманчива, что она, поджав губы, кивнула.

— Только не больше часа, – сказала она. – А не как ты…

«Вчера», – надеялась услышать я. Вчера меня не было больше часа. Но Алина закончила фразу по-другому:

— … обычно опаздываешь.

Последнее сомнение отпало. И я, покорно кивнув, пошла в подсобку.

Фантастика

Переодевшись, я побрела к торговому центру. Как говорится, петля времени приходит и уходит, а кушать хочется всегда… Или так никто не говорит?

Я не торопилась. Опоздаю или нет – какая разница? Все равно сегодня повторится снова и снова, пока… А что собственно «пока»?

Я шла, глядя под ноги, и потому постоянно в кого-нибудь врезалась. Одни меня не замечали, другие просили прощения, третьи требовали извинений, но, когда я молча удалялась, повторяли за мной.

Как так получилось, что я попала в петлю времени? Что сделала такого, чего не делала раньше?

Следующей мысли я так удивилась, что даже остановилась. Теперь кто-то врезался в меня. Этот тип был из третьей категории, но ушел, уяснив, что отвечать я не собираюсь.

Никогда прежде я не загадывала желание в новогоднюю ночь. А вчера… или сегодня?.. В общем, я сделала это. Загадала, чтобы вчера не существовало, и вот… Оно существует для меня еще раз. И, похоже, будет существовать вечно. По крайней мере, до тех пор, пока я не сделаю то, из-за чего петля развернется.

Я двинулась дальше, но теперь вдоль стены, чтобы не мешать людям своим неспешным пьяным шагом.

Следующий вопрос – что я должна сделать? Вероятно, как-то изменить ход событий. Нельзя, чтобы предыдущий день повторился точь-в-точь… Ну, с этим проблем не будет. Я поменяла ход некоторых событий. Только не думаю, что благодаря этому выберусь из петли. Вряд ли она возникла из-за того, что я не сказала цену миндального молока или не купила маме горошек. Тут должна быть какая-то серьезная причина.

На этом я закончила думать, когда врезалась в стайку детей. В своих ярких курточках они напоминали маленьких разноцветных рыбок, плавающих по аквариуму. Зацепившись взглядом за помпон на одной из шапочек, я повернулась вполоборота, а потом услышала, как меня окликнули.

Женек! Я совсем про него забыла…

— Привет, – сказал он. – Как дела?

Одет он был так же, как «вчера», в свитер с ромбиками. Но это не примечательность петли времени. Просто Женек всегда так ходит. Заставить сменить образ его может только лето.

— Привет, – сказала я и, предупреждая его вопросы, заговорила. – Дела нормально. Ничего не случилось. Сильно спешу. Пока.

Я развернулась и пошагала в обход огромной елки, возле которой маленькая девочка фотографировала свою бабушку. На мгновение я остановилась, подумав, какая же отвратительная получится фотография. А потом меня нагнал Женек.

Наверное, я слишком выразительно на него глянула, так как он слегка побледнел. Но заговорил Женек ровным голосом:

— Я хотел один вопрос задать. Хотя, наверное, знаю ответ.

— Что?

— Ты как, придешь сегодня?

Я сострадательно улыбнулась, и Женек это воспринял, как «да». Уяснив, что обнадеживаю его, я тут же замахала руками и сказала: