Пока не будешь счастлив - Анастасия Нуштаева Страница 63

Я заскучала и стала искать себе занятие. Рассмотрела малыша-бульдога, который стоял над приборной панелью, поковыряла краешек обивки сиденья, попыталась нарисовать на окне сердечко, но не получилось, потому что оно не было запотевшим. Когда я стала настукивать мелодию по подлокотнику, Артем сказал:

— Перестань. Раздражает.

Тогда я застучала и второй рукой. Артем усмехнулся, но не сдался. Он включил радио, да так громко, что мне захотелось закрыть уши ладонями.

Но я тоже идти на попятную не привыкла. Я застучала пальцами Артему по правой руке, перебираясь то на ногу, то на шею. Когда он отвлекался, я говорила ему, чтобы за дорогой следил. Он слушался, что было удивительно.

Я побеждала в этом поединке, пока из колонок не полилась «Last Christmas».

— О нет! – закричала я, закрывая ладонями уши. – Выключи эту гадость!

Артем переключил бы ее, только если бы я сказала, что это моя любимая песня. Я отняла руки от ушей и попыталась сама выкрутить громкость. Но рука Артема уже поджидала меня возле регулятора, и мы молча дрались, пока Джордж Майкл сожалел об отданном сердце.

Я не проверяла, но у меня, кажется, кровь из ушей потекла. Несмотря на то что Артем еще рулил и больше смотрел на дорогу, чем на поле боя, в поединке выигрывал он. В какой-то момент я сдалась и, откинув сиденье, улеглась, закрыв уши руками и громко что-то говоря, чтобы заглушить песню. С полминуты Артем наслаждался моими стенаниями, а потом все-таки выкрутил радио.

— Ура! – воскликнула я, тут же приосанившись. – Как ты мог терпеть этот ужас так долго?

— И вправду, – сказал Артем, начав тормозить. – Готовься, сейчас будешь выходить.

— Ха-ха, как смешно.

Артем самодовольно улыбнулся, а потом заявил:

— Что-то ты сегодня злая.

— Неправда.

Артем бросил на меня удивленный взгляд.

— Неправда, – пояснила я. – Потому что я не сегодня злая, а всегда злая.

Артем рассмеялся, хотя я не шутила.

— Ну я бы так не сказал.

— Это ты меня плохо знаешь.

Пожав плечами, Артем переключился на дорогу. Мне не понравилось, что он не продолжил доказывать мне, что я хорошая. Так что пришлось сложить руки на груди и отвернуться к окну.

— Не замерзла? – вдруг спросил Артем.

Так, это уже лучше.

Я обреченно кивнула, чуть выпятив нижнюю губу. Конечно, я надеялась, что Артем выдаст мне свою куртку. Но он почему-то полез рукой на заднее сиденье. Все еще глядя на дорогу, он пошарил там, а потом протянул мне пластиковую бутылку без этикеток. Внутри плескалась неопознанная янтарная жидкость.

— Что это? – спросила я, брезгливо сморщив нос.

— Чай.

Он и не моргнул, хотя я прекрасно видела, что Артем лжет. Пить хотелось, но бутылка доверия не внушала. Артем тоже. Так что я уточнила:

— На сколько процентов эта жидкость является чаем?

Артем дернул плечом с неопределенным выражением лица.

— Процента на два.

— Что?!

Я хотела выкинуть бутылку на заднее сиденье, но тут Артем сказал:

— Ну, ты же понимаешь, что в напитке, который называется «чай», воды гораздо больше, чем самого чая.

Логика железная – спорить не с чем. Так что я возмутилась по другому поводу.

— И как этот чай может меня согреть, если он холодный?

— Не хочешь, не надо, – Артем отобрал у меня бутылку.

Меня с головой накрыло ощущение потери. Как только я перестала держать бутылку, мне очень захотелось из нее попить. К тому же Артем открутил большую черную крышку и сделал глоток. Для этого он на пару секунд отпустил руль, потому я чуть с ума не сошла от страха. Но дорога была пустынной, так что мы не попали в автокатастрофу.