Пустое сердце Матвея. Часть 2 - Ашира Хаан Страница 92

Я ограничилась только красноречивым взглядом, хотя желание было встать и отвесить подзатыльник.

— Ребенка?.. — Матвей поднял голову и посмотрел на нее тупым-тупым взглядом. — Какого ре… — он повернулся ко мне и шокированно уточнил: — Ты беременна?!

— Не ори, — попросила я. — Да, я беременна. Такое случается с женщинами. Иногда.

Что-то, кажется, у нас тут случился неожиданный момент признания.

Слишком драматичный, на мой вкус. Я бы предпочла другие обстоятельства. Например, лет через тридцать мимоходом бросить, глядя на флаги и плакаты на улице: «Кстати, наша новая президентка — твоя дочь».

Но все случилось, как случилось и теперь наблюдать за Матвеем было даже забавно.

Лицо у него враз окаменело, зато было слышно, как поворачиваются в голове шестеренки.

Я буквально ощущала смену его эмоций по колебанию атмосферного давления в палате.

— От кого?! — прохрипел он, когда все механизмы прокрутились нужное количество раз.

Вот жеж идиот, прости господи…

Я повернулась к нему и молча смотрела в глаза секунду за секундой.

Все ждала, когда дойдет.

Изумительно красивые его глаза цвета слабозаваренного чая, словно выцветали с каждым мгновением все сильнее. Становились светлее и светлее.

Он тоже смотрел на меня, не отрываясь, силясь что-то понять по моему лицу.

И что-то понял.

— Хорошо, — Матвей сжал челюсть так, что скрипнули зубы. — Хорошо. Но раз его тут нет — значит, опоздал. И не заслужил. Я успел первым, значит, будет моим.

Что-то не то понял.

Ржать после потери почти литра крови с соответствующими спецэффектами — задача не настолько тривиальная, как кажется в теории.

От смеха начало тянуть живот и снова потемнело в глазах.

Поэтому я прикрыла веки и только тихо, загадочно улыбалась, как Мона Лиза.

Точно идиот.

— Марта? — встревоженно приподнялся Матвей. — Тебе хуже? Позвать кого-нибудь?

— Я тут! — напомнила ему медсестра. — Но уже ухожу, продолжайте свои бразильские страсти без меня.

Она проверила пикающий в ритме пульса монитор, совершенно без нужды еще раз потеребила капельницу и наконец демонстративно прошествовала на выход, умудрившись простучать кроксами по полу, как каблуками.

— Чей там «Лексус» перегородил подъезд? — гаркнул кто-то в коридоре. — Заберите! Эвакуатор приехал!

— Это не твой? — посмотрела я на Матвея.

— Мой, — кивнул он без тени вины.

— Беги, спасай, — я попыталась выдернуть у него руку.

— Хер с ним.

Надо же. Любимую игрушку забирают, а ему все равно?

А вдруг поцарапают!

Ну, его выбор. Взрослый мальчик. Хотя странно.

— С пола встанешь, может быть? — предложила я. — Кресло вон.

— Что тебе сказала Лера? — вместо ответа он сильнее сжал мою руку. — Что эта дрянь тебе наболтала, что ты…

— Тиш-ш-ш-ш-ше… — попросила я, поморщившись. — Что сказала — уже неважно. Лучше ты ответь, нафига ты жену довел до такого состояния?

— Уже не жену.

Я бросила взгляд на его правую руку — там еще был виден след от кольца.

Но самого кольца не было.

— Да неважно, жену или не жену… — снова поморщилась я, погрузившись в накатившую волну ватной слабости. — Матвей, ты не понимаешь? Я не верю в сказки «со мной он будет другим». Так, как ты обращаешься с другими женщинами — ты будешь обращаться и со мной. Я сужу мужчин именно так.

Матвей тяжело вздохнул и посмотрел на меня исподлобья, как упрямый ребенок, уже решивший, что добьется своего.