Кофе для Мардж, а ограбление на десерт - Кейт Андерсенн Страница 33

— Потому и сказал об этом как о факте.

Снова пожал плечами и занялся пивом. Самовлюбленный петух.

— А… что будет с делом Харпера? – задала Мардж второй мучавший ее вопрос.

— Все останется как есть. Больница выплатит компенсацию Элоизе Харпер согласно имеющемуся заключению судмедэкспертизы.

— А Хэйд…

Гарольд загадочно улыбнулся.

— Дело закрыто, Маргарет Никсон. Элоиза Харпер выиграла. Может быть… чуточку и потому, что Брент – ее племянник.

Маргарет поняла. Сейчас Вивиан Хэйд не поймали. И все из-за Сары: ребята решили об этом умолчать во имя любви Финчли. Она не зря ему верила.

— Надеюсь, у них все будет хорошо, – проговорила Маргарет задумчиво. – Они слишком верят друг другу, понимаешь?

— Увидим…

Джаз не заканчивался…

— Согласен ли ты, Брент Финчли, взять в жены Сару Брайтон?

— Да.

Маргарет улыбалась. Именно так и должно быть. Если шестое чувство на месте… Мардж покосилась на своего кавалера. Несмотря на радостный момент, Гарольд Кингстон сохранял каменное выражение лица. Она усмехнулась. Вероятно, однажды… однажды придет со временем. И тогда будет ясно, чем оно должно быть. А то, что есть сегодня – правильно и единственно хорошо для сегодня. Она верит, и он верит, а остальное… Не стоит того, чтобы загадывать.

Пусть молчит на здоровье, если ему сейчас так хочется.

— Он-то здесь зачем? – наконец выдал Гарольд причину своего молчания, когда гостей обносили закусками.

Мардж проследила за его взглядом. Шон Коннерз, долговязый блондин, в компании рыжей шевелюры Софии Мартон. Пожала плечами:

— Он сопровождает Софию. Куда больше меня интересует факт, зачем она здесь, но она как бы в нашем «Кафе пяти дам», а Сара слишком много значения придает обязательствам…

Гарольд мрачно прожевал свою порцию салата. Маргарет рассмеялась.

— Ты что же… ревнуешь, что ли?

Гарольд скосил на нее снисходительный взгляд, и чело его слегка прояснилось.

— Сколько помню, этим страдала ты.

— Нет, ну, не сравнивай… Лесли Ховард, Алисия Вэйн… Как ты можешь сравнивать?!

Гарольд поднял бровь иронично. Все возвращалось на круги своя. Они вновь препирались, и это было одним из их любимых занятий.

— Ладно, сдаюсь… Ревность – пренеприятное чувство. Сожалею.

— Сожалеешь?

Кажется, Гарольд попался. Что ж…

— Знаешь, если так подумать… Шон Коннерз – замечательнейший человек, и нас многое с ним связывает.

— Общий офис на пару месяцев? – тон Гарольда сделался насмешливым.

— Ну… – протянула Мардж лукаво, – а еще ночь в больнице, полная разговоров и расследований… Он всегда оказывался рядом, когда было трудно… Был так трогательно заботлив. Даже тогда, в кафе Кэрри, когда он полностью проиграл.

Гарольд фыркнул.

— А с тобой меня вечно постигают несчастья.

— Несчастья?!

— Ну, да. Одни Фачелли чего стоят! А как ты меня напоил снотворным? А датчик слежения? Вечные запреты и наставления! Ах, еще и сломанная нога!

— Ну-у, вот кто уж виноват в сломанной ноге, так…

— И все равно, вредина, – рассмеялась Маргарет, хлопая его по отвороту праздничного пиджака и прерывая спор, – как это ни странно, «да» сказала я тебе, а не замечательнейшему Шону, так что перестань сомневаться.

И безмятежно пригубила бокал шампанского.

Доверие и шестое чувство – кажется, она постигла их секрет.