Тайна Карты вечности - Эвелин Бризу-Пеллен Страница 101

Я постарался расслабиться – постепенно, мускул за мускулом, как в то время, когда я болел, – потому что всё для меня теперь закончилось. Ничего уже нельзя было изменить. Можно было только принять и как-то приспособиться. Создатель вселенского компьютера не предусмотрел клавиши «удалить». К тому же у меня появилось утешение – оно классное и зовут его Клеа. Судя по нему, главный программист шарит в своём деле, потому что, останься мы в живых, мы бы никогда не встретились.

И на что мне, собственно говоря, жаловаться? Благодаря своим особенностям я осуществляю связь между обоими мирами, провожу расследования, передаю весточки. И вообще много чего делаю. Да передо мной тысячи разнообразных возможностей!

Я снова посмотрел на Карту. Мама с папой стояли, крепко обнявшись, старались поддержать друг друга. Но не могли удержаться от слёз, они стояли и плакали, их слёзы надорвали мне сердце. Я осторожно протянул к ним руку. Я сам не знал, что хочу сделать – обнять их покрепче, утешить, сказать…

Моя рука утянулась в Карту…

Глава 46

Когда я вернулся обратно, доктор Граф изучал Карту вечности так сосредоточенно, что невольно вздрогнул при моём появлении. Он едва смог пробормотать:

— Ты что же… Ты уходил…

Я улыбнулся доктору. Мне было так хорошо, так спокойно. На его слова я ответил по-отечески – немного покровительственно, немного насмешливо:

— Что-то случилось, доктор Граф? Можно подумать, вы увидели призрака.

Глаза у него повеселели. В них загорелся огонёк.

— Признаюсь, да. Я немного опасался…

— Чего?

— Что ты не вернёшься. И у нас возникнет огромный пробел. Ты нам очень нужен – здесь!

Трудно было удержаться, и я засмеялся. Доктор снова заговорил, глядя на меня с подозрением.

— Ты ведь ходил повидаться с родителями?

Да. Не устоял. Я вернулся в больничную палату. И я об этом ничуть не жалею. Возможно, мои родители не поверили до конца в то, что случилось. Возможно, они будут думать, что им приснился сон, – не важно! Наша встреча очень им помогла. Я рассказал им о Леониде, Рауле, докторе Графе и, конечно же, о Клеа. Главное, что рассказал о Клеа. И они успокоились за меня. Они были счастливы, что и я нашёл своё счастье, пусть даже расставшись с ними. В любом случае, когда я от них уходил, они сквозь слёзы улыбались.

— Ты мне не ответил на вопрос, Лиам, – настаивал доктор Граф.

— Но вы же знаете ответ. Правда же?

— Думаю, что да. Но я хочу сказать тебе одну вещь: никогда больше этого не делай! Это опасность для них и для тебя! Для них, потому что твои появления помешают им вернуться к нормальной жизни. Для тебя, потому что ты не найдёшь своего места. Его нет в той жизни, но не будет и в этой.

Я промолчал. Безусловно, доктор был прав, но его правота не заставила меня пожалеть о свидании с родителями. Мне было так хорошо, оттого что я повидался с ними, поговорил. Теперь они не будут представлять меня телом, рассыпающимся в прах, они будут видеть что-то вроде света, и этот свет будет не только у них в сердцах.

— Не стоит так беспокоиться, – сказал я доктору, – поверьте, я знаю своё место. Частный детектив, специализирующийся в области духов, – это мечта всей моей жизни.

Я засмеялся, и доктор тоже. И тут ещё одна мысль пришла мне в голову.

— Но ведь Рауль… Он ведь тоже призрак!