Трактир попаданки "Волшебный кабачок" - Натали Берд Страница 48

— Так вот почему мама всегда говорила, что он в свой мир вернулся. А мы с сестрой думали, что в свою страну. — Я замолчала, вспоминая прошлое, как мы пытали маму, и с какой любовью в голосе она нам рассказывала об отце. Постоянно твердя, что он к нам обязательно вернется. — Мама его не дождалась. Нет ее больше.

— И отца нет. Он, когда узнал, что любимая за грань ушла, совсем потух. Ничего ему стало неинтересно. Приготовил все для вас. С Серого клятву взял и тихо ночью ушел за Ольгой следом. Его последние слова были: — Жди меня, солнце мое ясное, я скоро!

Слезы хлынули из глаз, я так ярко себе все представила.

— А есть фото отца?

Домовой уставился на меня непонимающе.

— Портрет, его вид, образ. — Никак не могла подобрать слова, чтобы объяснить старичку, что я от него хочу.

— Конечно! Ты блюдце попроси, оно тебе все и покажет. Правда, немного чего сохранилось. Память-то у яблока короткая.

Я едва не расхохоталась в голос, похоже, все наши сказки здесь реально существуют!

— Ты хочешь сказать, что тарелочка с яблочком могут показать все, что мне нужно?

— Ну да, поднос-то дочка твоя забрала. Больше других средств пока не имеем. — Дедок расправил плечи, потянулся и начал растворяться медленно в воздухе. — Пора мне, дел много. На все остальные вопросы позже отвечу.

— Какие слова задать яблоку? — закричала, надеясь, что дедушка меня услышит.

— Просто попроси и все. Только вежливо, а то знаю я молодежь! Приличиям совсем не обучены!

Домовой пропал, а я кинулась в дом — искать заветную тарелку. Попутно вспомнив, что неплохо и ужин приготовить. Дети точно придут голодные!

У меня вышла новинка!

О сестре нашей героини.

Книгу можно читать, как отдельную историю.

Присоединятейсь! Переходите по ссылке. Оставляйте свои реакции — пусть она засветит ярче.

Дарите ей свои лайки, забирайте в библиотеки. Подписывайтесь на автора

Глава 36. Брусника

Я вошла в прохладу деревянного дома, блаженно потянувшись. Так хорошо!

Развернулась к входу, вспомнив про подкову. Она висела прямо над дверью в небольшой нише, вся в копоти и паутине. По контуру массивного изделия угадывалась бороздка с крупными камнями, едва видимыми в тусклом свете дома. Два из них слабо мерцали, оставшиеся — было даже не разглядеть под толстым покровом многолетней сажи. Я провела рукой по одному из блестевших камушков, тут же ярче заблестевшему.

— Однако вас стоит помыть! — Сбегать на улицу за ведром с теплой, нагретой солнечными лучами, водой, тряпкой, оказалось делом двух минут. Еще пятнадцать ушло на отмывание вековой копоти.

— Вот и все! — Довольно проговорила, слезая с табурета. Я отошла немного, чтобы полюбоваться — было на что посмотреть.

Медная изящная подкова располагалась прямо над входной дверью, в нее было вмонтировано четыре разноцветных камня. Два из них были подсвечены каким-то внутренним светом. Они ярко перемигивались между собой, словно огоньки, мерцающие в сумраке, отличающиеся лишь цветом: — один нежно-розовый, другой зеленый.

— Агата и я! — Прошептала, любуясь свечением.

Внезапно по таверне словно судорога пробежала. Стены затянула еле заметная дымка, а по ней прошлась слабая рябь.

Одно из окон большого зала распахнулось настежь, впуская внутрь летний зной, над дверью вспыхнули светильники, которые до этого включить никак мне не удавалось.