После развода с драконом. Будешь моей в 45 - Анна Солейн Страница 14

— Ко мне нельзя, — дрогнувшим голосом сказала я.

Не знаю, как я пережила этот обед.

Отделившись от косяка, Гидеон сделал несколько шагов в глубь спальни и остановился у моего стола. Ноздрей коснулся его запах, кедровый, прохладный, и внутри что-то оборвалось.

Как же я соскучилась, до сих пор сама не понимала. Я привыкла к присутствию Гидеона, физическому, на уровне прикосновений, взглядов, запаха, так что сейчас чувствовала себя так, как будто у меня оторвали руку или ногу.

Он ухмыльнулся уголком губ и втянул носом воздух. Его драконьи глаза блеснули золотом.

— Ты пахнешь тоской.

— Что?

— Твои чувства, — он снова принюхался. — Ты как на ладони. Ты по мне тоскуешь. Может, хватит уже этого балагана?

Я отвернулась. Будь проклятое его животное чутье.

— Я все решила.

Обойдя меня, Гидеон прислонился бедрами к краю стола и подцепил пальцами мой подбородок.

— Ты же не хочешь, чтобы это отразилась на детях? Они пострадают.

— А ты не думал об этом, когда сажал себе на колени Офелию?

— Проклятие, Элли! — вспыхнул Гидеон. — Не строй из себя дурочку! Твои выходки бросят тень на всю семью!

Я встала, не отрывая от него взгляда.

— Удобно, правда? Что твои выходки сходят тебе с рук.

Зарычав, Гидеон дернул меня к себе ближе и впился губами в мой рот.

Главa 8

На какое-то время я остолбенела, тело как будто не знало, как реагировать. Руки Гидеона, его губы, его запах — все было таким знакомым, таким нужным. Сколько поцелуев между нами уже случалось? Самых разных: нежных, игривых, страстных или просто привычных, ежедневных.

Этот был самым болезненным из всех.

Придя в себя, я попыталась его отпихнуть, но не тут-то было. Гидеон стиснул мои плечи и толкнул на стол.

Я застонала и почувствовала, как его пальцы опускаются на талию, сжимают меня через бархат платья.

— Прекрати! — выпалила я, когда его губы дотронулись до моей шеи.

— Ты моя жена, и я все еще имею на тебя права, — мурлыкнул он, прикусывая кожу за моим ухом.

По телу прошла волна мурашек. Сжав в кулаке подол моего платья, он потянул его вверх, вторая рука легла между моих бедер и потянулась выше, пока не накрыла треугольник между моих ног.

По телу прошел ток, и я дернулась.

— Хватит! — рявкнула я. — Перестань!

В этот раз у меня получилось его оттолкнуть.

Вскочив, я огляделась и схватилась за первое попавшееся оружие — перьевую ручку. Направив стержень на Гидеона, я замерла. В тишине звучало только мое загнанное дыхание.

Гидеон ухмыльнулся.

— Сухо, — медленно произнес он.

— Что?

— У тебя между ног.

По телу прошла дрожь, и я упрямо сжала губы.

— Ты ожидал чего-то другого после того того, как я обнаружила твои руки в панталонах у той прелестницы?

— Не преувеличивай, я не успел залезть к ней в панталоны. И ты сама знаешь: все началось намного раньше. Ты давно перестала меня хотеть.

Щеки загорелись. Я пыталась сдержаться, но все-таки спросила:

— Какого хрена, Гидеон?

На манеры и культурную речь меня уже не хватало.

— Какого хрена — что?

— Чего тебе не хватало? Какого хрена?

Я ненавидела себя за то, как отчаянно и жалко это прозвучало.

Мне так хотелось услышать хоть какую-то причину.

Например: “Ты сама меня оттолкнула”.

Или: “Мне не хватало твоего внимания, поэтому я полез утешаться под юбку другой”.

Или: “Меня опоили любовным зельем и изнасиловали”.