После развода с драконом. Будешь моей в 45 - Анна Солейн Страница 167

Гидеон расхохотался и наклонился, чтобы меня поцеловать. Его губы были мягкими и горячими, я мгновенно подалась вперед, обвивая его шею руками.

Сейчас было даже странно вспоминать, что когда-то, когда мне было всего тридцать, я думала, что страсти в нашем браке пришел конец, и ничего, совсем ничего нельзя исправить.

Теперь, с высоты прожитых лет и опыта я, пожалуй, могла сказать, что самое главное — говорить друг с другом. И знать, что за любой засухой придет дождь. А иногда — целый потоп.

Да уж.

Как бы теперь разгрести последствия этого потопа.

— Идем, — улыбнулся Гидеон, оторвавшись от моих губ. — Расскажем обо всем нашей семье. И когда ты перестанешь прятать мое кольцо? Это помолвка, а не преступление.

Так уж и не преступление. Шум в обществе и в прессе снова поднимется дикий.

Впрочем, мне не привыкать.

Если я что и поняла за эти годы, так это то, что выбирать всегда стоит себя. Несмотря ни на какой внешний шум. Именно это я сейчас и делала.

* * *

Обед у старших Ферли был совершенно таким же, как обычно.

Та же снежно-белая скатерть, то же столовое серебро, такие же перепуганные слуги.

Старший лорд Ферли сидел во главе стола, справа от него — старшая леди Ферли. Она выглядела как-то взволнованно, или мне казалось?

Нет, не казалась.

Когда все сели за стол, леди Ферли со звоном уронила вилку, а позже даже не стала отчитывать служанку, которая пролила на скатерть вино.

— Ничего, милочка, со всеми бывает, — рассеянно пробормотала старшая леди Ферли. — Все совершают ошибки.

Судя по посеревшему лицу служанки, испугало это ее еще больше привычной отповеди.

Мы с Гидеоном недоуменно переглянулись, и тут Лорейн защебетала:

— Отец, ты уже видел, что нам пришло письмо из Ирии? Они согласны поставлять нам золото на три процента ниже рыночной цены, если мы возьмем на себя все таможенные расходы.

— А нам это зачем? — поинтересовался Гидеон, накалывая на вилку ломтик помидора. — В итоге мы окажемся в минусе.

— Нет! — торжествующе сказала Лорейн. — Я все придумала. Смотри, нам нужно всего лишь…

— Ради бога, — взвыл Тео. — Хоть здесь и сейчас не говорите про работу! Как будто ничего больше в мире нет. Вы не хотите поговорить о музыке, об искусстве, да посплетничать, в конце концов?

Лорейн нахмурилась. Ее глаза за линзами очков казались огромными и наивными.

Волосы она собрала сзади простой заколкой — сложные прически остались в прошлом. О той Лорейн, для которой важнее всего была мода, напоминал только элегантный крой платья, аккуратно наложенные румяна и свежий маникюр.

Я надеялась, что эта новая Лорейн намного счастливее себя прежней и, кажется, я была права.

— Разве тебе не интересно? Тео, я разработала план на ближайшие десять лет, чтобы “Дом Ферли” занял устройчивое лидирующее положение на внутреннем рынке и вышел на внешний. Мы — уникальный вид транспорта, который нужно просто…

— Нет, — покачал головой Тео. — Нет, мне не интересно, если я еще раз услышу слово “портал”, то вздернусь. Прости, пап.

Гидеон хмыкнул, но промолчал.

— Конечно, — ядовито протянула Лорейн, — тебе искусство интереснее. А что, если я скажу родителям, что твое “искусство” зовут…

— Это не твое дело, Лорейн.

— Как — не мое? Твоя женитьба — семейное дело! Нельзя просто так пускать все на самотек! Ты в мою жениьтбу лез, а я что, в твою не полезу?