Пират: Красный барон. Капитан-командор. Господин полковник - Андрей Посняков Страница 483

— Едут! – вдруг неожиданно закричал со двора Кузяка. – Едут, Еша!

Все трое – Ефросинья, Айна, Егор – поспешно выбежали во двор.

— Да кто едет-то?

— Купцы! Купцы едут! Вона, какой обоз, пять возов… да нет – больше!

Выбежав навстречу гостям, Егор присмотрелся и вдруг закусил губу. Убежать бы, спрятаться, да поздно уже, заметили.

— Ну, здравствуй, Егорий. О! И Ефросинья здесь. И тебе не хворать, дева.

— Господине полковник…

— Да что вы стоите, словно громом ударенные? – слезая с коня, рассмеялся Громов. – На постой-то пустите, а?

— Ой! – ахнула Ешка. – Добро пожаловать, дорогие гостюшки. Да я для вас, господин полковник… да я… И… и не возьму ни полушки, вот! Ночевать будете?

— Да заночуем.

— Посейчас баньку велю затопить. А покуда… Идемте, покажу вам апартаменты!

— Апартаменты! – оглянувшись на Бьянку, весело улыбнулся Андрей. – О как!

— Самые настоящие! – суетилась рыжая. – Там кровать есть и даже… даже ночная ваза!

— Ну, раз ночная ваза, тогда конечно…

— Там очень хорошо, господин полковник, – встрял в беседу Кузяка. – Вот и господину приказчику, что допрежь вас был, понравилось. Он даже перед уходом туда заходил – вазой ночной любовался.

— Что-что? – Ешка неожиданно напряглась – может, все же недаром ей не понравился тот странный приказчик?

Поганки в лесу собирал, в горницу гостевую заглядывал – только ли любопытства ради? И как-то уж слишком поспешно отъехал – даже не пообедал, лишь квас с собой взял… Квас…

— Кузяка – в гостевую за кувшином сбегай – я квасу налью… А вы, господин полковник – пожалте прошу за стол. Пирогов наших отведайте.

— Пирогов? – Громов радостно потер руки. – Это – со всем удовольствием. С чем у тебя пироги-то, хозяюшка?

— С налимом, с форелью, со щукою! Какие пожелаете – кушайте на здоровье. Сейчас я ушицы налью.

Девушка поклонилась в пояс и вдруг тихо спросила:

— Господин полковник… ежели братцы мои без вести сгинули, так выходит, я всего наследница – так?

— А ты в церковную книгу записана?

— Записана.

— Тогда по закону – так и выходит. Только, ежели вдруг кто из братьев объявится – он больше прав имеет.

— Это я понимаю, ага… Кузяка! – Ефросинья оглянулась на подбежавшего отрока. – Ты что кувшинец-то не принес? Забыл, зачем посылала?

— Дак это… – парнишка растерянно развел руками. – Там, в кувшинце-то, квас есть уже. Кто-то налил.

Рыжая подозрительно прищурилась:

— Айна, ты наливала?

— Нет.

— И я не наливала. Ладно! Вы, гости дорогие. Кушайте… А я баньку проверю – народец у меня такой, глаз да глаз! Ой… господин полковник… Можно, я еще кое-что спрошу?

— Спрашивай, спрашивай, – покладисто кивнул молодой человек. – Вкусные у тебя пироги, умм.

Ешка покусала губу:

— Парни мои… отроци… они как – беглые считаются?

— А они монастырские?

— Так все мы здесь…

— Оброк обители вовремя платите?

— Да заплатим, ага!

— Тогда с архимандритом договор надо составить, с отцом Боголепом. Всех отроцев туда записать – за них и платить. Думаю, святой отец против не будет – ему все равно, где его людишки живут, на посаде, или еще где. Лишь бы оброк честно платили!

— Мы честно… Ладно! Пойду я, сбегаю…

Оставив гостей, Ешка поднялась в гостевую горницу, постояла у стола, в задумчивости глядя на полный кувшин. Понюхала – квас и квас. Но вот хлебнуть почему-то побоялась. Жизнью-то битая, ага! Да и чувствовала что-то такое, нехорошее – все ж таки немножко ведьма. Постояла, подумала, пожала плечами да отнесла кувшинец в выгребную яму, выплеснула квасок… да и сам кувшин туда же и выбросила – от греха! Подумала, ухмыльнулась…