Лейтенант спасательной службы. Игры профессионалов - Михаил Михеев Страница 70

— Альянс имеет не меньший вес…

— И такую же логику. Просто если имперцы говорят о своих предпочтениях открыто, то янки предпочитают завалить истину потоком словес. А так – одно и то же. У великих держав разные государственные устройства, но одна суть.

— Все равно не слишком честно вышло.

— Увы, они как тот мастер фехтования. Да и вы тоже…

— В смысле?

— Ну, мастера фехтования пристрелили на дуэли. А все потому, что опасно полагать, будто дуэль захотят вести по твоим правилам.

Йозеф снова надулся – очевидно, крыть было нечем, но тут влезла Марыся. Как оказалось, она все это время стояла снаружи, но в разговор не встревала. Зато теперь, видимо, решила, что мужа надо спасать от позорно слитого спора.

— У вас, в Империи, все не как у людей. Вон, что в правительстве, что в парламенте – одна потомственная аристократия. Весь опыт показывает, что это – путь в никуда.

— А в Альянсе сплошь денежные мешки. Куда ни плюнь – попадешь в банкира. Тоже не самый лучший выбор, – парировала мать. Разговор ее, похоже, забавлял. – Там просто так даже в мэры не выберут – имущественный ценз рулит.

— Они хотя бы доказывают свою состоятельность и финансовую грамотность. А в Империи…

— Нет никакого запрета.

— Да ну? – усмехнулась Марыся.

— Один из великих императоров прошлого сказал: «Я не против того, чтобы в элиту Империи вошли представители финансовых кругов. Но титулы им придется зарабатывать не деньгами, а кровью. Так им потом проще будет понять, на что тратить свои капиталы».

— И что?

— И ничего. Человек должен не только показать свою финансовую грамотность, но и заботиться о своем народе. Быть готовым умереть ради него, случись нужда. И, если вы не в курсе, вылететь из рядов аристократии проще простого – достаточно уклониться от службы. Это прямо прописано в законе, если вы о том не знали. И примеров хватает. К слову, вам, потомку знатного рода, стоило бы такие вещи понимать.

Теперь настала очередь дуться Марысе, но муж, к чести своей, жену в беде не бросил.

— Вы на что намекаете?

— Намекаю? – в голосе матери звучало неприкрытое удивление. – Да я открытым текстом говорю, что представительнице старой аристократии стоило бы знать про кое-какие обычаи. Она ж не вы, потомок крестьянина, ее предки когда-то были польскими магнатами. Удивлены?

— Но…

— Откуда я все это знаю? Милые мои, я все же разведчица, и не самая плохая, смею надеяться. Естественно, я проверила всех, кто оказался поблизости от моего сына. Так, на всякий случай.

— Ну вы и…

— Не обижайтесь, – мать улыбнулась самыми уголками губ. – На самом деле, Йозеф, ваш народ очень похож на имперцев. Вы такие же хорошие солдаты и инженеры – и такие же паршивые дипломаты. Просто ваша чрезмерная гордость, которую вы культивируете в ущерб здравому смыслу, очень часто доводила вашу страну до цугундера. А в Империи нашли баланс, только и всего.

— И как только вы ухитряетесь оставаться великой державой, – буркнул Йозеф, медленно остывая. – Особенно если дипломатией не увлекаетесь. Она же не только для конкурентов, она и для своего народа нужна.

— Дипломатия – искусство внушать другим свои мысли и вбивать их в чужие головы так, чтобы те принимали их за свои. Знаете, Империя никогда и никому не говорит, что делать – люди понимают сами. Даже такие невменяемые, как творческая интеллигенция.