Король моей школы - Лисса Джонс Страница 3

В своих фантазиях я всегда была смелее, умнее, красивее. В фантазиях я знала, что ответить на хамские подколы. Я имела смелость быть не тенью самой себя, а настоящей Авророй. Но все это было в фантазиях до сегодняшнего дня.

«Уродина».

Не всем дано быть смелыми от природы. Кому-то приходится тренировать в себе смелость, сражаться со страхами и, не смотря на проигрыши, пытаться еще и еще.

Слышу, как за окном хлопает дверь автомобиля. Значит, он сейчас уедет. Можно спускаться.

Последний раз бросаю взгляд на взволнованную девушку в зеркале, подмигиваю ей и легко улыбаюсь.

— Все хорошо. Никто тебя больше не тронет.

Хватаю с заправленной кровати аккуратный красный рюкзак и выхожу из своего безопасного уютного мира.

С сегодняшнего дня я сама буду защитником для себя, раз тот, кто был рыцарем, решил стать палачом.

Глава 2. Король «Альмы»

Аврора

В салоне маминой Panamera пахнет духами с легким шлейфом тюльпанов.

Смотрю в окно, на сонный зимний Питер, когда мы выезжаем из коттеджного поселка на расчищенную от снега трассу. В утренних сумерках мелькают деревья в пушистых белых шапках из снега, высокие столбы фонарей и проносящиеся мимо машины.

— Ты же знаешь, что еще не поздно сменить школу? — Боковым зрением замечаю: мама бросает на меня взгляд из под ресниц. Ее пальцы с безупречным нюдовым маникюром сжимают руль чуть сильнее.

Моя мамочка — самая красивая, заботливая и лучшая женщина в мире. Наверное, я из тех детей, которым повезло иметь такую маму.

— Если скажешь прямо сейчас, мы с папой сможем тебя перевести. В конце четверти поменять решение не получится.

Папа готов носить ее на руках. Иногда он зовет ее самой требовательной музой времен и народов, и это очень точно описывает Василису Бестужеву. У нее невозможно упрямый характер, особенно, когда речь идет о семейном отельном бизнесе и папиных картинах.

У нее светлые волосы, аккуратно уложенные в волну, достающую до плеч. Чистые зеленые глаза с небольшой сеткой морщинок в уголках. А еще у нее изящные изгибы фигуры, которые не передались мне ни на сантиметр. Я похожа на нее, но худее и выше.

— Милая, решение за тобой.

Я больше не хочу убегать. Один раз сбежала — это было фатальной ошибкой и уроком на всю жизнь.

— Полгода осталось доучиться, мам. А это одна из лучших школ страны. Все хорошо.

Да и давайте признаем, что быть новым человеком в выпускном классе — то еще «удовольствие». В своей школе я знаю учителей и их замашки. Знаю, у кого я на хорошем счету, а у кого нельзя расслабляться.

— Атанасия и Кирилл провели с ним ряд бесед. Летом Фил приходил в себя в кадетском лагере.

Да, я помню, как именно он мне сообщил об этом. И последствия нашего общения — фантомная боль в локте. Из-за меня его лишили лета.

Плевать. Мне должно быть плевать. Нет, не так. Я должна быть рада его наказанию.

— Мам, мне не интересно, как он провел лето.

Мама останавливается на светофоре и поворачивается ко мне. Ее зеленые глаза становятся серьезными, и я вижу, как она старается изо всех сил, чтобы не свернуть обратно домой. Она не хочет, чтобы я возвращалась в «Альму».

— Милая, пообещай, пожалуйста: если Филипп что-то сделает, ты больше не будешь молчать.

Обещай не молчать, Аврора.

«Стукачка», — все тот же ядовитый шепот в голове заставляет тряхнуть волосами.