Измена. На бис! - Ася Вернадская Страница 90

Когда он отстранился, я смотрела на него и не могла вымолвить ни слова. Коля улыбнулся.

— Я давно хотел это сделать, — сказал он хрипло.

— И что же тебя останавливало?

— Ты. Я не хотел, чтобы это было просто «потому что больно». Я хотел, чтобы ты была готова.

— А сейчас, по-твоему, я готова?

— Теперь — да.

Коля снова поцеловал меня, и я забыла, где мы. Забыла про больницу, про гипс, про прошлое.

Всё, что было до — стёрлось. Остался только он и этот поцелуй.

— Эй, — прошептал он, отрываясь от меня. — Ты здесь?

— Здесь. — Я открыла глаза. — Никуда не уходи.

— Не собирался.

Он обнял меня, прижал к себе, и я чувствовала, как бьётся его сердце. Так же громко, как моё. Мы сидели так несколько минут, и я думала о том, как странно устроена жизнь. Ещё недавно я была счастливой женой, а сейчас целовала другого. И этот другой — не просто мой адвокат. Он стал… я даже не знала, как это назвать. Чем-то большим. Тем, без чего теперь трудно дышать.

— Слушай, — сказал Коля, зарываясь пальцами в мои волосы. — Я тут подумал… когда тебя выпишут, может, переедешь ко мне? Ненадолго. Пока нога заживёт. Катя на работе, тебе одной будет тяжело, я многие вопросы могу решать и дома, могу быть рядом.

Я смотрела на него и не знала, что ответить. Предложение было неожиданным, но… правильным. Почему-то не страшным.

— Я подумаю, — сказала я наконец.

— Думай. — Он улыбнулся. — Но не слишком долго.

Дверь распахнулась без стука.

— Ада, мы принесли тебе…

Катя замерла на пороге. В руках у неё был пакет с фруктами, Лёха стоял за спиной с букетом.

— Ой, — сказала Катя. — А мы не вовремя?

Я отдёрнулась, но Коля не отпустил. Только повернул голову, глядя на вошедших спокойно, даже чуть насмешливо.

— Вообще-то, стучаться надо, — заметил он.

— Если бы я знала, что за дверью такое, обязательно бы постучалась, — парировала Катя, но глаза её смеялись. Она поставила пакет на тумбочку, обернулась к Лёхе. — А ты что встал? Заходи, не стесняйся.

Мой дорогой друг Лёха шагнул в палату, протянул мне букет. Розовые тюльпаны на тонких стеблях, такие нежные, что от них сразу запахло весной.

— Это тебе, — сказал Лёха, протягивая цветы. — Ну ты и попала, сестрёнка.

— Спасибо, — я взяла цветы. — Сто лет тебя не видела, выглядишь хорошо. Как съёмки?

— Новый проект вот. Три дня без продыху, еле вырвался.

— Прости, приехать раньше не могли, — Катя уже хозяйничала, выкладывая на тумбочку яблоки, апельсины, мандарины. — У меня занятия были, этот занят. А вы тут, я смотрю, без нас неплохо справляетесь.

— Кать, — я попыталась придать голосу строгости, но ничего не вышло.

— Что? Я ничего.

Лёша кашлянул, пряча улыбку.

— Тебя не перевоспитаешь, — сказал он.

— А зачем? Я и так идеальна. — Катя вытерла руки и плюхнулась на стул. — Садись уже, не маячь.

Лёха пристроился на подоконнике, и мы заговорили. Обо всём и ни о чём. Катя рассказывала про новых учеников — девочку, которая боится скрипки, и мальчика, который не хочет заниматься, но мама заставляет. Лёша жаловался на заказчика, который решил переснимать половину фотографий за день до сдачи. Рассказывали, как Лёха опоздал на поезд. Я слушала и чувствовала, как внутри что-то оттаивает. Они были такими живыми, такими родными. Без всех этих интриг, без лжи, без предательства. Просто мои люди, которые рядом.