Пока не будешь счастлив - Анастасия Нуштаева Страница 39

— Не объясняла, – сказал Ярик.

Он нахмурился, но выглядел уверенным. Я пару секунд смотрела на него, а потом зарядила щелбан ему в лоб. Честно, я приложила минимум усилий. Но Ярик отшатнулся и прижал ладони ко лбу. Из его глаз брызнули слезы, и он заверещал:

— Больно!

Я на эту показуху не повелась. Дождавшись, когда всхлипы Ярика стихнут, я сказала:

— А не надо издеваться над сестрами. Я тебе вчера рассказывала про бесят. А ты меня обманываешь, будто не было такого. Врать – плохо.

Ярик смотрел на меня, насупившись. Он дергал носом, но плохо справлялся с соплями. Одна грозила ляпнуться на постель. Пока это не произошло, я стала отпихивать Ярика ногой, предусмотрительно не вытащив ее из-под одеяла. Правда, он не поддавался. Брат шмыгал носом, а потом, отняв ладони ото лба, стал драться. Ярик повизгивал от усердия, ведь моя нога была сильнее всего его тельца. Меня это позабавило, и я хохотнула. Тогда Ярик глянул на меня со злобой, на которую, я думала, такие крохотные человечки не способны.

— Ты злая! – крикнул Ярик.

Это сбило меня с толку, но всего на секунду. Потом я резко дернула ногой, желая так пихнуть Ярика, чтобы он упал с кровати. В эту же секунду он решил, что нужно меня укусить. Поэтому моя нога прилетела Ярику по зубам.

Он взвизгнул от боли. Искренне и очень громко. Я испугалась, но вместе с тем внутри меня закопошилось приятное чувство удовлетворения. Ярику больно. Он обидел меня, и теперь ему больно. Это справедливо.

— Понял? Нельзя кусаться!

Но тут же удовлетворение и какая-то жуткая веселость рассеялись. Ярик не реагировал на меня. Он завывал от боли.

Я подползла к Ярику и, очутившись рядом, увидела кровь на его ладошках.

— Что такое? – сказала я, стараясь придать голосу волнение.

Ярик хотел отползли от меня, как от источника проблем, но, казалось, перестал замечать все вокруг из-за боли или чего-то еще. Я аккуратно коснулась его руки и потянула ее на себя. Ярик не сопротивлялся. На его пальцах и вправду была кровь – не много, пара капель. А в середине ладошки лежал зуб.

Осознав, что выбила Ярику молочный зуб, я не сдержалась и захихикала. Тогда он завыл от отчаяния еще громче, а я заговорила:

— Да что ты ревешь, как девчонка? За молочный зуб можно выторговать у родителей деньги! Скажешь, что ждешь зубную фею, и, бац, на утро под подушкой сотка!

На «бац» я хлопнула в ладоши, и Ярик отпрянул. Моей речью он явно не вдохновился. Он перестал плакать, но затем так глянул на меня, что я поняла – следующего водопада из слез ждать не придется.

— Зубная фея? – сказал он и глянул на ладонь, где лежал зубик. – Тогда при чем тут родители?

— Ну не тупи, – сказала я. – Мы же вчера это проходили… Нет Деда Мороза, нет чуда, значит, нет и зубной феи.

Ярик перевел взгляд с зуба на меня. Хотя зуб на ладошке был гораздо более шокирующим и редким явлением, именно на мне взгляд Ярика стал удивленным.

— Деда Мороза нет? – прошептал он.

У меня сжалось сердце, но я кивнула.

— Да, Ярик, Деда Мороза не существует. И зубной феи тоже. И всей остальной галиматьи. Ты че, забыл? Мы же вчера это обсуждали.

Хмурясь, я наблюдала за братом. Он молчал. Ярик явно был в шоке. Но как он мог забыть такое откровение?

Я тоже ничего не говорила – размышляла, попала сейчас впросак или нет. Ярик выглядел как маленький мальчик, которого старшая сестра разочаровала в чуде. Неужели он реально забыл о нашем вчерашнем разговоре? Или мама сумела так все обстряпать, что Ярик поверил, будто я неправду сказала? Тогда, получается, я испортила все ее старания?