Бывшие. Врачебная Тайна - Маргарита Дюжева Страница 69

Она атакует весь вечер, отказываясь понимать намеки. Бомбит звонками и гневными сообщениями, в которых, как только меня не называет. В ход идет все: и прямые оскорбления, и точечные удары, по совести, и чувство вины, и коронное «ты мне должна» и «я на тебя лучшие годы своей жизни потратила».

Обычно женщины так говорят опостылившим мужьям, а моя мать — мне. Вот такой вот казус. Но почему-то уже плевать. Я отпустила эту ситуацию, и ее наезды воспринимались, как нечто странное, инородное и совсем ко мне не относящееся.

Одно только сообщение удивило настолько, что все-таки захотелось ответить.

Верни мне деньги! Если просрала их — твои проблемы! Займи, но верни!

Поразительная незамутненность. На всякий случай уточняю. Мало ли, вдруг это я умом тронулась и не так все поняла:

Ты предлагаешь мне влезть в долги, чтобы вернуть тебе деньги, которые ты взяла, за то, чтобы увезти меня из города и отправить на аборт?

Моментально прилетает злой ответ:

Именно! Делай, что хочешь, но чтобы завтра были!

Я медленно выдыхаю, тру бровь, а потом отправляю:

Не звони мне больше. И не пиши.

Вот и все.

* * *

На следующий день меня ждет сюрприз.

Арсений встречает меня вечером у детского сада.

— Как же работа?

— У меня есть пара отгулов, — он небрежно жмет плечами, — идем?

Ему явно не терпится забрать Киру из сада. На детские эмоции быстро подсаживаешься. Они греют душу и наполняют жизнь настоящим смыслом.

Я обхожу его вокруг. Рассматриваю со всех сторон.

— Что? — Вольтов не понимает, и как волчок вертится вокруг своей оси, — Что ты ищешь?

— Неужели ты с пустыми руками? — картинно изумляюсь, — неужели ни зайца, ни панды? Ай-ай-ай, Вольтов, филонишь.

Он краснеет и бросает быстрый взгляд в сторону машины.

— Только не говори, что оно у тебя там!

— Там, — покорно кивает.

— Пфф, — я закатываю глаза, — не надо ее баловать.

— Я хочу ее баловать.

— Она быстро к этому привыкнет, будет воспринимать как должное и перестанет радоваться.

— Я не хочу, чтобы она переставала.

— Вот и славно. Побереги подарок для следующего раза. Например, через неделю подари. Или через две.

Ага. Сейчас.

Стоит нам только выйти из сада, как Арсений вручает дочери красивую куклу в пышном платье.

Ой, дурень…

Хотя какой он дурень? Он папка, мечтающий наверстать все упущенное.

Мы идем в кафе. Я заранее ему сигналю, чтобы не велся на детские голодные глаза:

— В саду отлично кормят. Помни об этом, когда начнет у тебя выпрашивать вторую порцию.

— Понял.

— И со сладким не злоупотребляй, может быть аллергия.

— Да понял я, — ворчит Арсений, — понял!

К счастью, в кафе есть детская комната, поэтому ребенок быстро теряет интерес к сладостям и несется играть. Мы же с Вольтовым остаемся за столом.

— Как мать? — аккуратно спрашиваю я.

— Прекрасно, — голос сочится сарказмом, — сменила тактику. Теперь требует, чтобы я немедленно привез дочь для знакомства.

— Наверное, решила спасать от пагубного влияния деревенской мамаши-недотепы.

Он молчит, недовольно хмурится.

— Предупреждаю сразу. Я к ней не поеду. И к дочери не подпущу. И если ты надеешься меня переубедить…

— Нет, Алин. Никаких переубеждений. Я сам вас к ней не пущу. Она свой выбор сделала еще тогда. Больше говорить не о чем. Только если ты сама, когда-нибудь этого захочешь.