Пустое сердце Матвея. Часть 1 - Ашира Хаан Страница 68

Матвей вернулся и сел рядом со мной, в знак солидарности тоже сняв ботинки.

Он молча смотрел на огонь и время от времени отпивал из бокала.

В отсветах живого огня его глаза были того же оттенка, что и жидкость в нем.

Красивые.

— Глаза цвета виски… — не удержавшись, я сказала это вслух. Кажется, я пьяна сильнее, чем думала.

— Жена говорила, что у ее первой любви были такие же. Только она называла это «цвет слабозаваренного чая», — сказал он, все так же глядя на пламя.

— Какой апокалипсис должен был случиться, чтобы она бросила нормального парня и ушла к тебе? — съехидничала я.

— Он умер.

Мои пальцы непроизвольно потянулись к кольцу на цепочке, висящему на шее, и стиснули его.

Я вовремя опомнилась и обняла свой бокал двумя руками, пряча дрожь, но Матвей не заметил моего жеста.

Он, кажется, был куда сильнее пьян, чем мне казалось.

И с невероятным наслаждением любовался собой.

— Но ты не волнуйся! — Матвей чокнулся со мной своим бокалом. Не стала говорить ему, что и не собиралась волноваться. — Даже если бы он был жив, я бы все равно забрал Леру себе. Я хотел именно ее! Поэтому и сделал все, чтобы она влюбилась.

Он откинулся назад, опираясь на руку и любуясь игрой отблесков огня на гранях лоуболла.

Выдержал паузу, поглядывая на меня искоса и ожидая нужной реплики.

Я ее подала:

— Например, что?

Мне действительно было интересно.

Матвей, который добивается женщину?

Сейчас ему достаточно свистнуть и открыть дверь машины.

Очевидно, когда-то было иначе.

— Она же из бедной семьи, даже нищей. Всех достоинств — квартира в Москве, — его мимолетная усмешка показала, как он относится к такому приданому. — На море в последний раз была в детстве, и то на Азовском. Какое это море…

Матвей сделал щедрый глоток виски, а я заинтересовалась — а он-то? Он-то из какой семьи? И как часто был на том море? Хотя бы на Азовском.

— И я повез ее на Адриатику. Прозрачное бирюзовое море, белые скалы, дикие горы… Не сравнить с Азовским морем, согласись. Взял там в аренду классический кабриолет. Завязал ей глаза и ночью привез на ужин при свечах в старинный замок и подарил антикварное кольцо, которое надевали в этом замке на палец последней принцессе, ставшей невестой перед тем, как замок был разрушен…

Голос Матвея стал мечтательным, жесткие черты лица смягчились, а глаза блеснули чем-то человеческим.

— Это… круто, — не могла не признать я. — Впечатляюще.

— Да, — кивнул он. — Для двадцатилетнего щегла — особенно.

— Как ты это провернул? Ты из обеспеченной семьи?

— Я? — Он запрокинул голову и широко улыбнулся. — Смешно. Нет, я был еще беднее, чем она. Мальчишка из нищего провинциального города, которому очень надо было впечатлить коренную москвичку. И она знала, что денег у меня нет и быть не может, поэтому была особенно впечатлена всем этим шоу.

— Тогда — как?!

— Ха. Я умею разговаривать с людьми. — Матвей самодовольно усмехнулся. — И продавать себя тоже хорошо умею. Наврал в резюме, устроился на крутую работу. Начал «вникать в процесс». Сразу не уволишь — учусь! Получил аванс. Набрал заказов на дизайн сайтов с оплатой вперед. Тогда это было популярно. Пошел в турагентство, разжалобил там тетку и купил горящий тур «для своих» на пять дней.

— Такие таланты бы — да в мирных целях… — пробормотала я.